— А тяжелая промышленность?

— Это все магия тяжелого и мощного. Сколько в нее вбухано, а много ли толку от тракторов-циклопов, из-за которых земля стонет, и танков, которые сделаются грудой дерьма после ударов нейтронных зарядов.

— Платите каждому по труду, — не без скуки предложил я. — Авось это поможет придушить производственные трудности.

— Поди разберись с этим самым трудом. Классики уверяли-мол в светлом будущем все от радости так резво начнут вкалывать, что достаточно любую работу просто в часах измерять: стуло-часах, жопо-часах и так далее. А для нас это не больше, чем кумачовый лозунг. Один восемь часов на службе в носу проковыряет, засовывая руку аж по локоть, другой за пять минут в состоянии решить сверхсложную задачу. Но не решает. Он знает, как делать, но еще лучше знает, как ничего не делать. Почему? Потому что ему требуется не премия в сорок рублей, а, допустим, половина дохода от своей идеи.

— Ну так дайте ему половину дохода, Виталий Афанасьевич.

— Нет, милый мой. Нетушки. Где появляются большие деньги в чьих-то отдельных руках, там социализм кончается. Там социализм ложится и начинает помирать. Человеческий фактор нельзя слишком раскрепощать. Тем не менее, работничкам-то надо платить за знание, умение всякое, желание, порой за рельеф мускулатуры, за смазливую мордашку и прочую херню. И куда ни кинь, везде самозарождается капитализм. Что прикажете делать России-матушке? Выращивать капитализм? Да есть сто царств и государств, где его растят с давних пор, умело и ловко. Они же мигом нас сжуют своей конкуренцией… Да мы, прежде чем начнем культурно торговать, сами друг друга сожрем, едва нам начальство перестанет давить на холку… Ну, какие идеи, Глеб?

Эх, не до этого мне сейчас, товарищ генерал. Мой энтузиазм уж точно на три четверти вышел, а оставшаяся четверть спряталась в задницу, которая ждет неприятностей. Но все ж таки придется пообщаться на заданную тему.

— Тогда последнее остается, товарищ генерал — исправить граждан так, чтобы у них от любой дерьмовой работы были полные штаны кайфа. То есть попробовать все-таки лозунг классиков реализовать. Но без этой мудистики о том, что «утром попашет-попишет стихи», отбросив вздор о слиянии граней и профессий.

— Верной дорогой идешь, Глеб. Пчела-то ударно трудится без моральных и материальных стимулов, на одних инстинктах и все в пчельнике ладится… Все там вполне бессознательно занимаются своим делом и безумно довольны. Я прочитал в твоем отчете про этих самых симбионтов-анабионтов, и мне понравилось. Да что там мне, ба-альшому начальству по вкусу пришлось.