Неужели Носитель настолько глуп и напуган, чтобы бежать в подвал?

Таня спустилась. Чувство ужаса охватило ее, с каждым шагом оно крепло, не давало дышать.

— Максим, — нараспев произнесла она, будто звала непослушного кота. — Максим, я просто хочу поговорить.

Вранье скатилось с ее языка и растворилось в темноте, обрамлявшей свет лампочки. Таня остановилась на последней ступеньке и вгляделась в подвал. Что это там дернулось? Подняла пистолет. Что-то не так — не с подвалом, но с ней самой...

И тут, ахнув, она хлопнула рукой по пальто, где был приколот талисман Зерены. Он исчез. Таня резко выдохнула. Талисман защитил ее в перестрелке наверху, она была в этом уверена. Должно быть, потеряла в драке. Неважно. Ей осталось лишь найти Носителя, завершить миссию. Его смерть — самое простое решение.

— Максим! — позвала она снова. Ступила ногой на земляной пол. Покрутила головой, прошла освещенную часть помещения. Дважды моргнула, подождав, пока глаза привыкнут к темноте.

— Я лишь хочу помочь вам, — сказала она мягко, и лицо Андулы появилось перед ее внутренним взором. Андула на улице, напуганная после нападения конструкта; Андула хмурится в своей квартире, готовится согласиться; Андула холодная и неподвижная, полуживая на барже Льда на Влтаве.

— Только это и может вам помочь, — прошептала она больше себе, чем кому-то еще.

В темноте раздался щелчок.

Таня напряглась. Она узнала звук взводящегося курка.

— Брось оружие.

И голос она тоже узнала.

— Гейб, — выдохнула Таня.

— Бросайте, мисс Морозова.

— Ни к чему такие формальности. — Она все еще всматривалась в темноту. Ей казалось, она чувствует дыхание Гейба тыльной стороной шеи.

— Таня. — Пауза. — Прошу.

Может, дело было именно в этом «прошу», в намеке на вежливость. Таня положила пистолет на землю и подняла руки в воздух. А потом медленно повернулась, пока сердце стучало у нее в горле. Был ли Носитель здесь, в подвале? Или все это время она гналась за Гейбом?

Он стоял, расставив ноги, целясь ей в грудь. Свет от лампочки создавал вокруг него нимб, отбрасывая тень на лицо. Таня смотрела на него. К черту Надю, и Алистера, и весь этот Лед: она готова умереть. В тот момент, когда Илья вышиб дверь, она приняла всю унизительность своего положения и положения КГБ.

И при всем этом Носитель был еще жив. Все еще мог попасться Пламени или Льду.

— Какого черта здесь делает КГБ? — спросил Гейб. Ткнул в нее дулом пистолета.