Уайетт ждал, когда вертолет сядет. Колесо снова лежало в нейлоновой сумке. Он работал в разведке после окончания колледжа. Не был ни либералом, ни консерватором, ни республиканцем, ни демократом. Был просто американцем, служившим своей стране, пока его не сочли слишком безрассудным, чтобы оставаться в штате. Собирал разведданные в нескольких самых горячих точках планеты. Разоблачил двух «кротов» в ЦРУ, обоих осудили за шпионаж. Убил двойного агента, выполняя секретный приказ, несмотря на тот факт, что официально Америка никого не убивала.

Приказов он не нарушал никогда.

Даже в тот день с Малоуном, когда погибли двое. Но теперь он не был связан никакими правилами или этическими соображениями.

Он мог делать что хочет.

Это было одной из причин того, почему он остался в этой борьбе.

Уайетт вышел из вертолета, который тут же поднялся и улетел. Вероятнее всего, он скоро скроется от любопытных глаз в ангаре.

Карбонель дожидалась его одна. Водителя во внедорожнике не было.

– Вижу, ты оказался удачлив, – сказала она.

Теперь на ней была короткая синяя юбка и белый жакет, облегавший ее рельефную фигуру. Ступни украшали сандалии с невысокими каблуками. Не доходя до Карбонель нескольких футов, Уайетт остановился, держа сумку с колесом. Пистолет он засунул за пояс сзади.

– Что дальше? – спросил он.

Карбонель указала на одну из машин.

– Ключи в замке зажигания. Можешь ехать на ней куда угодно.

Он притворился, что заинтересовался машиной.

– Могу я оставить ее себе?

Карбонель усмехнулась.

– Если хочешь. Мне совершенно все равно.

Уайетт взглянул на нее.

– Ты поработал с колесом и узнал местоположение, так ведь? – спросила она.

– Знаю.

– Можешь раздобыть эти два вырванных листа?