Бейли продолжал читать:

– «За то, что дерзнули играть с даром Прометея, дети Тартара стали рождаться чудовищами. В конце же концов горожане бежали, заперев за вратами из бронзы зло и ужасные проклятия. Так нечестивый Тартар остался лишь в мифах и легендах».

Хунайн и его команда наверняка провели здесь немало времени, все внимательно осматривая и читая древние исторические тексты.

Догадку подтвердил Бейли, продолжив переводить:

– «Внемли моему уроку, ведь я безрассудно нарушил эти границы. Мы дерзнули пробудить Тартар, потревожить огненных стражей, за что поплатились. Последних из нас я спас, лишь вновь погрузив город в темную дрему. Если решишься идти моим горестным путем, ищи позади дворца, где пылают огни Аида и таятся титаны. Однако Харон потребует свою цену».

Бейли сделал паузу, чтобы пояснить:

– Хароном звали старика, который переправлял души через реку Стикс в Аид.

– А что с ценой, о которой тут сказано? – спросил Ковальски.

– Видимо, нечто большее, чем положенная Харону пара монет. – Бейли обернулся к стене и продолжил читать: – «Смелейший тот, кто отдаст жизнь за ближнего, должен переплыть ядовитое озеро. Только так мы погрузили Тартар в сон. Из нашего числа жертву принес Абд аль-Кадир, да пребудет с ним вечная милость Аллаха. В память о нем я употребил знания моих братьев – а вместе мы Бану Муса, – дабы устроить здесь окончательную погибель. Итак, дорогой странник, если пробудишь Тартар, знай: это в последний раз. Я предупредил тебя». Дальше подпись: Хунайн ибн Муса ибн Шакир.

Бейли со вздохом отошел от стены.

– Должно быть, уплывая отсюда на последнем из своих кораблей, капитан набил трюм доказательствами открытия для того, чтобы предупредить мир.

– По пути попал в шторм и сбился с курса, – добавил Грей. – И у него появилось время подумать, стоит ли вообще рисковать и показывать миру смертоносный груз.

– Хунайн вполне мог решить, что бурю наслал Всевышний, – кивнул Бейли.

Мак указал на стену.

– О чем он предупреждал в конце?

Грей посмотрел на надпись.

– Очевидно, Хунайн встроил в городские системы некий предохранительный механизм. Чтобы не просто запереть Тартар, а полностью его уничтожить, если кто-то вновь нарушит границы города.

– Вот и не будем их нарушать, – настойчиво предложил Ковальски.

Грею пришлось смирить жгучее любопытство.

– Надо возвращаться, – признал он.