Странно, но стоило только позвонить в приемную их холдинга, представиться и попросить братьев Шуберт о личной встрече, как ей перезвонили через несколько минут и сообщили, что ее ждут.

На встречу Инна отправилась одна. Похоже, Тимофей был прав: терять ей было уже нечего, так как она все потеряла, отчего же не рискнуть?

— Примите наши самые искренние соболезнования, — произнес Адольф.

А Генрих добавил, уставившись на нее выпуклыми водянистыми глазами:

— Мы имеем в виду смерть вашего мужа и арест вашего сына.

Возникла неловкая пауза, а старший брат мягко произнес:

— Так чем мы можем быть вам полезны?

Инна, посмотрев сначала на одного, а потом на другого, ответила:

— Не только вы мне, но и я вам.

— Неужели? — Тонкие брови Адольфа изогнулись дугой, а Генрих пожевал губами.

Инна, чувствуя, что внутри ее от страха все заледенело, сказала:

— Именно так. Иначе бы вы не приняли меня, да так быстро. Вы разве часто принимаете посетителей с улицы, которые хотят переговорить с вами?

Братья переглянулись, и Инна поняла, что попала в точку. Ее здесь, похоже, ждали.

— Думаю, вам уже известно, что мой покойный супруг использовал ваше доброе имя в своих низменных целях, однако позвольте мне изложить всю эту запутанную историю в хронологическом порядке…

Четкими короткими предложениями, не вдаваясь в ненужные подробности, но и не упуская важных деталей, Инна изложила то, что ей было известно. Когда она, завершив повествование, отпила из стоявшего перед ней бокала минеральной воды, Генрих произнес:

— Невероятная история!

А его брат Адольф добавил: