Глава 19

Мирослава оказалась права. Ужгородцев действительно оказался человеком неглупым и не злопамятным. Он оценил готовность детективов сотрудничать с полицией и просто по-человечески интуитивно поверил в искренность Мирославы и в ее желание помочь не только своему клиенту, но и следствию. Недаром она сама когда-то работала следователем.

Два дня спустя следователь позвонил Волгиной и в своей обычной сухой манере объявил, что она может посетить Торнавского в больнице. Там Мирославу без разговоров пропустили в палату и оставили наедине с больным. Поздоровавшись и вручив Торнавскому цветы и фрукты, Мирослава присела на стул:

— Вы, конечно, догадываетесь, что я пришла не просто так.

Он кивнул.

— Косте предъявили обвинения?

— Нет, пока задержали по подозрению.

— О господи!

— Что произошло между вами и Константином в тот вечер?

— Мы немного поссорились.

Мирослава чувствовала, что говорить на эту тему Торнавский не хочет.

— Послушайте, Олег Павлович, сейчас не время разводить секреты. Я знаю, что вы любили жену своего брата.

— Откуда?!

— Неважно. Что произошло между вами и Костей?

— Мы поссорились… Из-за моей неосторожности. Я попросил Костю разобрать старые документы, а он нашел письма, которые писала мне его мать. У меня из головы вылетело, что они были среди документов! Константин заглянул в них и вспылил.

Мирослава живо представила разыгравшуюся в тот вечер сцену…

— Почему ты не говорил мне, что у вас с мамой был роман? — кричал Торнавский-младший.

— Как ты посмел читать чужие письма?! — ярился в ответ старший.

— Значит, ты соблазнил мою мать? И наставлял рога собственному брату?!

— Мы с твоей матерью любили друг друга, но мы не были близки.