Дмитрий уставился на нее странным неподвижным взглядом. Он сделал шаг по направлению к ней, и страх окатил Дубровскую горячей волной. Что она наделала! Настал черед платить за легкомыслие! И, ведомая чувством самосохранения, уже не заботясь о том, как она выглядит со стороны, Лиза выставила вперед правую руку и быстро заговорила:

– Стой, где стоишь! Если ты намерен сейчас делать глупости, то скажу прямо: внизу меня дожидается водитель, который получил инструкцию звонить в милицию по истечении тридцати минут моего пребывания в квартире. Кроме того, я предупредила соседку, вечно сующую нос не в свои дела. Если со мной что-нибудь случится, тебе от ответственности не уйти.

Серебров остановился в узком проходе, все пространство которого заняли его широкие плечи, и уставился на Дубровскую, словно собираясь ее испепелить взглядом. Потом он повел носом, как гончая во время охоты, и наконец на его лице появилось выражение, которое Елизавета сочла загадочным.

– Я, кажется, догадался, – проговорил он, продолжая пронизывать ее внимательным взглядом. – Вы выпили!

Несмотря на страх, который по-прежнему покрывал испариной ее напряженное тело, Дубровская почувствовала себя оскорбленной.

– Как ты смеешь мне об этом говорить? – возмутилась она. – Я не пила! Ну, разве чуть-чуть… Впрочем, это не мешает мне сейчас нормально соображать и делать выводы.

– О том, что я единственно возможный виновник убийств по нашему делу? – переспросил он почти весело.

– Да, – ответила она намного смелее, чувствуя тем не менее, что ее обвинения превращаются в фарс. Серебров, по всей видимости, не собирался набрасываться на нее и вообще вел себя не так, как должен был себя вести настоящий убийца. – Я узнала то, что мне нужно было знать, – продолжила она. – Ты частенько навещал Малинину, приезжал на своей автомашине «Ауди». Кстати, ее видели в соседнем дворе в день убийства. Там был замечательный наблюдательный пост, верно?

Дмитрий хлопнул в ладоши так оглушительно, что Дубровская подпрыгнула на месте.

– Я так и знал! – воскликнул Серебров, разводя в сторону руки, словно собираясь заключить Елизавету в объятия. – Автомобиль «Ауди», да еще в день убийства!

– Что-нибудь не так? – проговорила Лиза, ощущая, что противный липкий страх опять завладевает ее рассудком. Какая жалость, что внизу ее не дожидается водитель дядя Миша с часами на руке и надежными инструкциями! И почему Андрей отменил сопровождение именно в тот день, когда ей действительно понадобилась помощь телохранителя?

– Конечно, не так! – продолжал свою речь Серебров. – Вы же потрясающе умная женщина, Елизавета Германовна. Я восхищался вами в течение всего этого бестолкового процесса, поражался вашей энергии и изобретательности, с которой вы вели мое дело уже после того, как я сбежал… Но теперь вы, видимо, решили сразить меня своей логикой наповал.