– С парковки. С верхнего этажа, – всхлипнул Тортелл, – Ленокс спас меня.

Спас?

– Малькольм, иди сюда!

Человек убрал руку, и перед глазами Ленокса появилось лицо.

Дуфф. Это он смотрел ему прямо в глаза.

– Он в сознании? – послышался откуда-то сзади женский голос. Кетнес.

– Парализован или шок, – ответил Дуфф, – глаза открыты, но он не шевелится и молчит. Ему надо в больницу.

– Там машина, – сказал еще кто-то. Судя по голосу, совсем молодой парень. – Выезжает с парковки.

– Похоже, гвардейская. – Дуфф поднялся и вскинул ружье.

Несколько секунд все молчали, а шум мотора постепенно стих.

– Пусть уезжают, – сказал Малькольм.

– Каси… – проговорил Тортелл.

– Что?

– Найдите Каси.

Каси бежал. Сердце колотилось в горле, подошвы стучали об асфальт, все быстрее и быстрее, в ритм песне, которая начинала звучать у него в голове каждый раз, когда он боялся. «Help!»

Каси уже почти залез в машину, когда услышал хлопок и увидел дыру в куртке белобрысого полицейского. Потом тот упал, а папа приказал Каси бежать.

Каси машинально побежал туда, где вырос – вниз, к речке. К развалинам полусгоревшего дома, где они в детстве играли с друзьями. Крысиный дом – так они его называли.

Сгоревший каменный дом был белым, с черными полосками сажи вокруг дверных и оконных проемов, похожий на густо накрашенную проститутку. Здесь, внизу, возле реки, маленькие домики были выстроены тесно, словно пытались найти друг у друга защиту. Кроме одного. Этот деревянный дом с выкрашенными в синий стенами стоял чуть на отшибе, словно изгой. Каси продрался сквозь камыши, вбежал внутрь, туда, где прежде была кухня и где сейчас остались лишь воняющие мочой стены с нацарапанными на них ругательствами. По узенькой лестнице Каси спустился в спальню. На одной из кроватей валялся полусгнивший матрас. Когда-то Каси и сам лежал на нем – именно здесь, среди дохлых крыс и пустых бутылок, он впервые поцеловал девушку. Как-то раз, когда ему было десять или одиннадцать, они с друзьями пришли сюда на закате солнца и, кашляя и отплевываясь, выкурили свою первую сигарету, глядя на крыс, деловито бредущих к пересохшему руслу реки. Возможно, они пришли сюда специально, чтобы умереть.

Может, ему лучше будет вернуться? Нет, папа велел ему бежать оттуда. И этот белобрысый, Ленокс, он же полицейский, значит, в полиции известно о готовящемся покушении на бургомистра.