— Тут на кнопке собачье дерьмо.

Мунро стукнула по двери носком ботинка, и дверь открылась.

— Замок сломан. Похоже, по нему вдарили чем-то тяжелым…

Логан велел ей связаться с участком и сообщить о проникновении со взломом.

— Скажи, что жизнь хозяина дома в опасности.

— А… пропади все…

Она сорвала с плеча рацию и позвонила дежурному. Логан тем временем переступил через порог и остановился у лестницы.

Откуда-то сбоку пробивался слабый свет. Сержант прокрался ближе. Свет исходил из внутреннего входа в лавку. Дверь была почти закрыта, но он смог разглядеть кусок расписанной надписями стены.

Тихое бормотание, слова сливаются… Логан осторожно открыл дверь.

Макфарлейн был одет в свой рабочий костюм: белый халат, синий с полосками фартук, на голове колпак. С трудом держась на ногах, он поливал разбитый прилавок бензином.

— Дайте мне догадаться, — громко сказал Логан, — вы хотите устроить прощальное барбекю по случаю расставания с бизнесом?

Макфарлейн круто повернулся, разбрызгивая бензин. Потеряв равновесие, он упал на задницу.

— Мы… — На секунду показалось, что он сейчас сблюет. — Мы закрыты. — И тут его вырвало прямо на фартук.

В квартире мясника было душно, от чего вонь казалась еще более нестерпимой. Макфарлейн лежал на своем идеально чистом диване в одежде, залитой бензином и блевотиной. К груди он прижимал серебряную рамку. Чашка крепкого чаю, предложенная Логаном, осталась без внимания.

Макфарлейн чувствовал себя значительно лучше. Если бы не вонь и красные глаза, он вполне мог бы сойти за трезвого.

— Извините… простите… — Мясник моргнул, стряхивая слезу. — Я не знал, что еще можно сделать. Мой бизнес… я столько в него вложил… Я думал… В смысле, ведь страховые компании все эти годы драли с меня три шкуры, вы же знаете? Все равно тут все разрушено…

— Боюсь, у нас для вас плохие новости, Эндрю.

Мясник не поднял глаз:

— У меня не было выбора…