— Я это понимаю.

— Не удивляйся, если обнаружишь на своем автоответчике какие-то сообщения. Мы подготовим для тебя несколько таких сообщений. Помни, что в соответствии с установленными Юсефом правилами, о твоем отъезде может знать только Джулиан Ишервуд. Вполне возможно, тот же Ишервуд тебе и позвонит, чтобы выяснить, когда ты вернешься, или по какой-нибудь другой надобности. Или, возможно, тебе позвонит из Парижа кто-нибудь из членов твоей семьи, чтобы осведомиться о самочувствии и узнать, как у тебя в Лондоне обстоят дела. Также, быть может, тебе позвонит какой-нибудь парень и пригласит на обед. Собственно, чему тут удивляться? Ты ведь привлекательная женщина, не так ли? Было бы странно, если бы за тобой не пытались ухаживать мужчины.

«Непонятно только, почему ты, Габриель, за мной не ухаживаешь», — подумала Жаклин.

— Сегодня вечером, прежде чем дать Юсефу согласие сопровождать в поездке его так называемого приятеля, ты должна еще раз выразить свои сомнения относительно разумности этого предприятия. У Жаклин Делакруа концепция путешествия с незнакомым человеком, возможно, отторжения бы и не вызвала, но для Доминик Бонар это нечто из ряда вон. Я хочу, чтобы ты поссорилась с Юсефом, чтобы потребовала от него заверений в собственной безопасности. Но в конце ты, ясное дело, должна будешь склониться перед его аргументами и подписаться под этим делом — но, повторяю, не без борьбы. Ты меня понимаешь?

Жаклин медленно кивнула, завороженная его гипнотическим взглядом и звучавшей в его голосе уверенностью в своей правоте.

— Очень важно, чтобы этот разговор состоялся на квартире у Юсефа. Я хочу еще раз услышать его голос, узнать, какие аргументы он приведет в пользу своего предложения. Потом, когда ты сообщишь Юсефу о своем решении, не удивляйся, если он вдруг выставит тебя под каким-нибудь предлогом из квартиры и предложит провести ночь в другом месте. Я хочу сказать, что у Доминик Бонар это обязательно вызвало бы удивление и даже протесты, но Жаклин Делакруа такой поворот событий вряд ли бы поставил в тупик. Не имеет значения, куда он тебя после этого повезет. Помни одно: мы будем за тобой наблюдать и в обиду тебя не дадим.

Он замолчал и, как это прежде делал Шамрон, стал мерить выставочный зал шагами. Остановившись у картины кисти Луини, он некоторое время вглядывался в изображенную на холсте Венеру. Жаклин невольно задалась вопросом, в состоянии ли он оценить запечатленную на картине красоту или его взгляд скользит по живописному полотну только в поисках причиненных ему временем или людьми повреждений. Неожиданно Габриель отвернулся от картины, сделал несколько шагов по направлению к Жаклин и присел рядом с ней на скамейку.