– Да, правда же? Мне нравится. А это гостиная…

Они вошли в комнату с телевизором, дубовым паркетом и двустворчатыми окнами.

– У нас нет балкона, – сказала Юлия, – это не очень мне нравится. Собственно, это единственное, чего мне не хватает. Это моя спальня.

Она открыла дверь в комнату, где убили ее мужа. Кровать была аккуратно заправлена, занавески раздвинуты.

Если Давид за большие деньги выполнял поручения мафии, то почему он жил в такой убогой квартире?

– Я понимаю, о чем ты думаешь, – сказала Юлия. – Как я могу здесь спать?

Анника хотела было возразить, но не стала и лишь вздохнула.

– Его нет, но мы остались. Другого жилья у нас нет, – сказала Юлия. – Хочешь поесть?

Анника покачала головой.

– Я хотела испечь пирожки с мясом и картошкой. Правда, пюре из пакетов. Просто, но сытно. Будешь?

– Буду.

Они вышли в прихожую. Анника услышала громкий стук из детской комнаты.

– Он решил сделать летающую тарелку, – пояснила Юлия. – Психотерапевты говорят, что не надо ему мешать.

Анника села за кухонный стол. Юлия достала пакет с сухим картофельным пюре и замороженное тесто в пластиковой упаковке.

– Как у него дела? – спросила Анника.

Юлия помедлила с ответом.

– Он стал совсем другим, но я, честно говоря, сама не знаю, чего ждать. Он всегда отставал примерно на год. – Она взмахнула ножом. – Знаешь что? – сказала она, обернувшись к Аннике. – Это не играет никакой роли, я просто счастлива, что получила его обратно.

Анника кивнула. Юлия занялась пирожками. Аппетитно шипел на подгоревшей сковородке маргарин. Звук этот навевал уют и успокаивал. Кухня была заново выкрашена и хорошо обставлена. Юлия напевала какую-то мелодию, стоя у плиты.

Здесь должно быть очень приятно, подумала Анника, но что-то мешало, как камешек в ботинке. Может быть, беспорядочные удары, доносившиеся из детской. Может быть, осадок от лжи Давида. Он никогда не работал на Солнечном Берегу по заданию полиции.

Но довольно о призраках.