– Идеально, – сказал Хоппер. – Если Хьюз в отрубе, успеем всю квартиру обыскать.

Слава богу, после вчерашнего разговора он вроде оклемался. Трудно заранее прикинуть, как человек поведет себя после таких откровений. Но Хоппер, похоже, взбодрился и сосредоточился.

– Это как тайный доступ в дом Мэрилин Монро, – сказала Нора. – Или Элизабет Тейлор. Вы подумайте, какие там фотки, письма, романы с президентами – и о них не знает никто. Может, она даже в курсе, где Кордова.

– Пошуровать у Марлоу дома, конечно, очень соблазнительно, – сказал я, – но этот визит нам устроила Оливия. Неловко выйдет, если она узнает, что я рылся в квартире ее сестры, как на дворовой распродаже.

– Мы по-быстрому, – сказал Хоппер. – Там все останется как было.

Я не ответил и, сощурившись, посмотрел через улицу. В нескольких ярдах от «Ристоранте „Лазанья“» под кирпичной стеной болтался подозрительный седовласый мужик в черном пальто. Последние пять минут он стоял, оживленно споря с кем-то по телефону, но то и дело посматривал на нас.

– Пора добывать список гостей «Уолдорфа», – сказал я, не сводя глаз с мужика. – Все постояльцы с тридцатого этажа между тридцатым сентября и десятым октября. Сравним с членским списком Oubliette. Если одно имя есть в обоих, этого человека Сандра и искала. Это и будет Паук.

Седовласый договорил по телефону и зашагал к северу по Второй. Я подождал – может, он опишет круг, перейдет дорогу, – но он, похоже, взаправду ушел.

– И как мы его добудем? – спросила Нора.

– Единственным способом. – Я залпом допил кофе. – Подкуп и устрашение.

83

Я прошествовал в вестибюль «Уолдорф-Тауэрс» на разведку.

Сегодня за стойкой стояла симпатичная дамочка за тридцать, с длинными и блестящими черными волосами – ДЕБРА, судя по бирке на груди, – и молодой японец МАСАТО. Несколько раз ответив на телефонные звонки, Дебра пошарила под стойкой и извлекла большую сумку «Луи Витон». Добрый знак: выходит, она любит роскошь и не откажется от лишних денег, чтоб пополнить свои запасы дорогих аксессуаров. Масато между тем неколебимо застыл у другого конца стойки, не делая и не говоря ничего, как мастер кэндо, воин Пути Меча.

Одинокая женщина и последний самурай – не надо быть гением, чтобы вычислить, кого соблазнит взятка.

Я вернулся к Норе и Хопперу – они сидели напротив, на ступенях Святого Варфоломея. Описал им Дебру и устроил сменный наблюдательный пункт, чтобы мы перехватили ее, едва она выйдет из отеля. Один из нас дежурил на выходе для сотрудников напротив Святого Варфа, двое других торчали в «Старбаксе».