– Ничего не потерялась.

Он медленно вытащил бумажник из заднего кармана, достал карточку.

Протянул мне.

Фотография была помятая и потертая – ее вынимали и разглядывали тысячу раз.

Даже сейчас, после всего, что он рассказал, вместе они потрясали воображение – будто столкнулись два человека из разных миров. Сплетя руки, они вдвоем сидели на одном складном стуле. Уловленный миг юности, радости – такой свободы, что камера не могла его удержать. Оба шли полосами и кляксами – намек на то, сколь новы они и легки, нет на свете слов, дабы их описать, – и щиколотки их складывались в одно доблестное пылающее создание, прыжком достигающее смерти – или жизни.

80

Я выдал Хопперу подушку и одеяла и отправил спать на диван. Дождь не прекращался, а Хоппер, я так понял, не рвался домой.

Нора сонно попрощалась и ушла в комнату Сэм.

Я и сам отправился на боковую. Я был выжат психически и физически, но прежде чем выключить свет, поискал «Шесть серебряных озер» на «блэкберри» – проверить детали. Нашел россыпь статей о происшествии в июле 2003-го – кучу отсканированных газетных вырезок выложили на сайт «Потерянныеангелы.com».

Я прочел и другие заметки – все подтверждали рассказ Хоппера.

Значит, он ее любил. Конечно, это я давно знал.

Сандра.

До чего неуловима, как легко меняет облик, вся словно из соперничающих существ, как ее татуировка. Голова дракона, тело оленя. Колдовские наклонности. Сандра – фонарик Орландо в темноте у нас за спиной, булавочный укол света в ткани яростного ливня, ускользает от Хоппера, ускользает от меня. Сандра – путеводная звезда, чье происхождение неведомо, намерения неясны, не поймешь, куда идет – ко мне, от меня? Какова, если вдуматься, разница между тем, что идет за тобой по следу, и тем, что тебя ведет?

Я выключил свет, закрыл глаза.

Посмею?

Я вздрогнул, сел; сердце колотилось как бешеное. Спальня была темна и пуста, но я отчетливо слышал, как кто-то прошептал мне это слово в самое ухо.