— Беате Мёллер не хочет ни с кем разговаривать, — сказала она, сохранила какой-то текст и подняла глаза от дисплея.

— Речь идет о простой беседе…

— Сказать по правде, она меня просто послала подальше… не особенно грубо, но смысл был именно такой.

— Так…

— Ее сын никакого зла никому не причинял. Зло причинили только ему — так она сформулировала.

— А мы ведь стремимся узнать, кто и почему причинил ему зло.

— Это я и пыталась ей сказать.

— Может, мне попробовать?

— Она наверняка знает, что у тебя нет на это права… Впрочем, это не важно. Она просто не решается.

— Боится?

— Думаю, да.

— Все еще? Через двадцать пять лет?

— Может быть, заново.

— А где она живет?

— А что? Ты ведь не собираешься совершить какую-нибудь глупость?

— На службе? Никогда в жизни.

Оба засмеялись.

— Хочешь сказать, что ты здесь не на службе, а в качестве… наблюдателя?

— Это твое толкование. Кстати, я видел пару байкеров на параллельной аллее, когда ехал в Блокхус.

— Опять слежка?