— Думаю, завтра к вечеру. Собственно, надо было бы задержаться, но, наверное, придется съездить еще раз.

— Что-нибудь проклевывается?

— Пока не знаю… Но какие-то ответы здесь точно есть. Что-то… В общем, надо подумать.

— Подумать никогда не мешает.

— Кстати, местная организация байкеров почему-то заинтересовалась моим приездом.

— Они тебя пасут?

— Возможно… или просто намекают: мы про тебя знаем, берегись. Уж очень неуклюже. Или неумело.

— Мы работаем над версией с байкерами.

— Что еще нового?

— Хальдерс и Анета закончили с машинами на «Н». Сижу с протоколами. Небольшие, понятно, но сто двадцать четыре штуки! Сто двадцать четыре! Можешь вообразить, какую они работу проделали?

— Никаких хай-лайтов?[34]

— У Хальдерса было что-то… Нет, это, кажется, в деле о перестрелке… В общем, пока не знаю. Еще не все успел прочитать. И не уверен, что успею, — народ так и валит со своими сигналами. Сам прочитаешь. Это вообще-то твоя работа. Хватит жрать датские сандвичи.

— Ни одного пока не съел.

— Так вот почему ты решил задержаться!

— Пока, дядюшка, — улыбнулся Винтер и повесил трубку.

Молодая миниатюрная девушка в полицейской форме проводила его к выходу. Откуда-то доносились невнятные крики.

— Там приемник для алкашей, — ответила она на его молчаливый вопрос.

— Не пустует, — сказал Винтер.

Она посмотрела на него снизу вверх.

— Всегда битком. А что делать? Люди звонят, жалуются, вот мы и вынуждены подбирать буянов по трактирам.