– Чтобы избежать открытых люков и риска наступить на что-то плохое.

– А у ниггера бывают умные идеи…

Дальше полицейские двинулись по тротуару, выстроившись в фалангу из трех человек. Первым шел Тэкли, за ним Беттингер и Доминик.

Злобно завывал ветер, но пятнадцать тяжелых холодных минут спустя шедший впереди Эдвард указал на запад.

Полицейские свернули на узкую перпендикулярную улицу, где их защищала от ветра особенно большая куча мусора. Там они остановились и подули в свистки.

Свалки ничего не ответили.

Спрятав свистки в карманы, трое мужчин побрели дальше сквозь белую метель. Ветер слегка смягчился, а через мгновение падающие на землю снежинки стали вдвое больше.

Неожиданно Доминик рухнул на мягкое белое покрывало. Беттингер повернулся к нему.

– Как ты…

– Я в порядке, мать твою. – Великан-полицейский поднялся на ноги, выплюнул снег и отряхнулся. – Пошли дальше.

Они пересекли неровный перекресток, миновали следующий квартал и обогнули засыпанный снегом фургон, из крыши которого росло два дерева. Глядя на пронзенную машину, детектив вспомнил выставки, на которых побывал с женой. И тут же перед его мысленным взором возникли ее избитое тело и уничтоженный глаз.

Он решил, что будет лучше, если он сосредоточится на своей боли, холоде и Себастьяне.

Пухлые снежинки теперь падали реже, и Жюль посмотрел в сторону западного горизонта, который стал заметно чище, чем всего несколько секунд назад. За кучами мусора появились два пустых здания.

– Дерьмо, – пробормотал Доминик.

Раздался звук глухого удара.

Детектив оглянулся.

Уильямс лежал в снегу на боку. Его плечи тряслись, а над закрытым маской лицом, словно дымовые сигналы бедствия, неровным струями поднимался пар.

* * *

Беттингер не знал, как долго Доминик – или кто-то из них – сможет двигаться дальше. Пока великан-полицейский поднимался на ноги, детектив извлек из кармана бульдога.

– Попробуем еще раз.