Вот Джессика в его объятьях, у нее такие нежные губы, и волосы пахнут гиацинтами, и глаза сверкают от любви, сверкают … как глаза Фрэнсиса.

И это уже не Джессика, а Фрэнсис.

– Отсюда убежать нельзя, – прошептал мрачный песочник, и его ухмылка словно нож вонзилась в сердце.

Фрэнсис выстрелил прямо в живот.

Пуля внутри разрывала на куски плоть, расщепляла, измельчала нервные волокна, Логан ухватился за открытый люк, спрыгнул с башни – и попал прямо в пасть морского дракона, в разверзнутые челюсти острозубой барракуды…

Чернота обагрилась кровью.

«…Наркотик… в кубке… все это наркотик… не поддавайся дурману, не поддавайся…»

Фрэнсис погладил девушку по голому плечу и тихо сказал:

– Она такая красивая… очень красивая.

В темных глазах песочного человека мелькнула печаль.

– А что она здесь делает? – удивился Логан.

В диспетчерской банка данных Вечного сна стояла полная тишина. Не светились панели, не было охотников – только Логан, Фрэнсис и девушка.

– Я позвал, – объяснил Фрэнсис, взяв ее за подбородок. – Открой глаза, крошка. Скажи Логану, как тебя зовут.

Девушка послушалась. Она сидела перед энергетическим пультом, и мелькавшие на стендах цепочки лампочек слабо освещали нагую женскую фигуру. Лучи пронизывали светлые волосы, превращая их в золотые нити. Обнаженная повернулась к Логану, ее полная грудь заколыхалась.

– Глинис, – ответила девушка, – Глинис 21. А вот кем я стану, и очень скоро, – захихикала она, показывая правую ладонь. – Видишь?

Часы жизни беспрестанно мигали.

– Последний День. – Фрэнсис погладил ее иссиня-черные волосы. – Она умрет сегодня.