Хьюго уже выглядел как обычно, даже удивительно, но вряд ли мы снова примемся играть в “пьяницу”: если он и сумеет, я – точно нет.

– Я бы лучше посидел тут с вами, – ответил он. – Если вы не против, конечно.

Мелисса принесла тряпку, вытерла пролитый чай, я собрал карты, промокнул их бумажным полотенцем и убрал до следующего раза. Мы снова уселись на диван, Мелисса свернулась калачиком у меня под боком, я обнял ее, взял за руку.

Мы молчали. Мелисса смотрела на пламя в камине, отбрасывавшее теплый отблеск на ее нежную щеку. Хьюго рассеянно поглаживал пальцем плед, словно на коленях у него пристроилась кошка. Время от времени с улыбкой поглядывал на нас: видите, все хорошо. Сидели мы так долго, в окна негромко стучал дождь, вокруг торшера вяло кружил мотылек, в камине самоцветами сияли угли.

На состояние Мелиссы я в тот вечер, кажется, не обращал внимания. Отметил лишь, что она была непривычно молчалива – еще до приступа Хьюго, но мне и без того забот хватало, Мелисса же, слава богу, пока что – единственная из всех – не давала мне поводов для беспокойства. И совершенно растерялся, когда она, после того как мы проводили Хьюго в его спальню, постояли под дверью, вслушиваясь в привычные звуки (вот он ходит по комнате, вот ложится в постель), ушли к себе и я принялся снимать свитер, сказала:

– Ко мне в магазин сегодня приходили детективы. Хотели поговорить.

– Что? – Я даже уронил свитер от неожиданности. – Кто? Мартин и… и… – я начисто забыл имя Аляповатого Костюма, – или эти? Рафферти и как его, Керр?

– Рафферти и Керр. – Мелисса стояла спиной ко мне, вешала в шкаф кардиган. Ее отражение – тусклые волосы, тусклое платье, тусклые тонкие руки – призрачно дрожало в оконном стекле. – Я не ожидала, что они решат со мной побеседовать, я ведь никого из вас тогда не знала… Понятия не имею, как они выяснили, где я работаю. Заставили меня повесить табличку “Закрыто” – та старушка с шарфами пришла, как раз когда они были у меня, и никак не уходила, без конца дергала ручку двери, я хотела сказать, что открою через несколько минут, но детектив Керр меня не пустил – мол, она сейчас уйдет, но она торчала под дверью целую вечность, прижав лицо к стеклу, и смотрела внутрь…

У нас еще дела.

– Какого черта они к тебе пришли?

– Хотели показать мне фотографии.

Жаль, я не выбил Рафферти зубы.

– Толстовку, которую здесь нашли. Тебя в ней. Шнурок из нее. – Мелисса говорила спокойно и четко, но смотрела не на меня, а на кардиган, аккуратно расправляя его на вешалке. – Они нашли его в дупле. Думают, что это…