Рука, держащая календарь, вдруг начала увязать в нем, как в болоте.

Я с ужасом затрясла пальцами, но они находились в разинутой пасти жуткого календаря, а листы его росли и росли, и уже поглотили запястье…

«Нужно отрубить его ножом… — пронеслась ясная мысль, и я вдруг увидела на столе, где только что ничего не было, знакомый нож с иероглифами.

Я бросилась к нему.

Не делай этого!!! — раздался внутренний призыв к разуму.

Услышав его, я резко затормозила перед ножом — так, что из-под подошв сверкнули искры.

Тем временем рука исчезла в календаре почти до локтя.

— А-а-а!!! — не своим голосом завопила я и стала бить ею о стену.

Но стена почему-то оказалась рыхлой, как подушка, и начала рассыпаться на глазах. Обломки ее сыпались и сыпались, и я в ужасе поняла, что сейчас она засыплет выход, и я останусь здесь навсегда.

Я замерла, не зная, что предпринять, в тот момент, когда пол кухни вдруг поехал вперед на стремительной скорости.

Я поспешила за ним, но не успела, и он ловко выскользнул из-под меня и взметнулся ввысь.

«Арина валится всюду, как срезанный сноп…»

Это было последнее, о чем я успела подумать.

ГЛАВА 54

ГЛАВА 54

— Ну чего орешь-то? — раздался над ухом доброжелательный голос, и передо мной возникло лицо дворника Прохора.

Я уставилась на него как баран на новые ворота.

Он тем временем поднял меня с пола и заботливо отряхнул халат от налипшей пыли.

— Чего ты? — повторил он удивленно.