– Правда?

– Конечно же, я говорю правду. С чего бы я хотел причинить ему какой-то вред? Я же знаю, как ты терпеть не можешь, когда тебя будят, и у меня есть шрамы в доказательство этого, – неужели ты думаешь, что я стал бы специально будить твоего внука?

– Нет, я имею в виду… это правда, что Ватару проснулся?

Когда Акико слышит, что говорит ее муж, все ее лицо озаряется внутренним светом. В то же время лицо сидящего перед ней школьника застывает.

Пока поезд подъезжает к конечной станции, его немногочисленные пассажиры начинают двигаться по проходу, готовясь выходить на платформу. Кимура ощущает секундное беспокойство, что кто-нибудь из них может заметить его пушку, но все они проходят прямо мимо него и исчезают в тамбуре. Их так мало, что у дверей вагона почти не собирается очередь.

– Да, это правда, твой внук проснулся. Я прошу прощения, – говорит Сигэру.

– Знаешь, я так рад, что обратился к тебе за помощью, – отвечает Кимура.

Когда он позвонил Сигэру – своему единственному другу в Токио, – он даже не мог точно сказать, угрожает ли Ватару опасность. Но Сигэру сделал гораздо больше, чем даже можно было ожидать, и действительно спас его.

– Прости, что взвалил все это на тебя.

– Ты столько раз меня выручал, Кимура-сан…

– Да, но это было так давно… Уже прошло много времени с тех пор, как я отошел от дел.

– Это правда. Но твой сын Юити тоже занялся этой работой. Я так удивился, когда впервые об этом услышал…

– Ты знал об этом?

«Каков отец – таков и сын, и сын лягушки – всегда лягушка^[80], – с грустью и презрением к себе размышляет Кимура, но тотчас решительно думает, что на Ватару все это должно закончиться и связь поколений не должна его коснуться. – Но все же, может быть, хоть сын лягушки и лягушка, ее внук станет ястребом». Хотел бы он сам в это верить…

– На самом деле я множество раз спасал Юити, – говорит Сигэру немного смущенно – не потому, что пытается намекнуть, что Кимура ему обязан, просто ему не хочется рассказывать родителю о неудачах его ребенка. – Слушай, один мой знакомый тут кое-что сказал, – продолжает он.

– Что именно?

– Он сказал, что все, что существует в течение долгого времени, заслуживает уважения. Что выживают сильнейшие, что-то вроде этого. Будь то «Роллинг стоунз» или ты, Кимура-сан. Ты выжил – значит, ты победитель.

– Ты говоришь мне, старику, что я – победитель? – Кимура от души смеется, затем прощается со своим другом и завершает звонок.

Синкансэн делает плавный поворот, демонстрируя свою грацию и мощь в последний раз перед прибытием на конечную станцию. Включается система оповещения, из которой раздается информация о пересадках.