А в конце концов распорядится убрать Сполдинга. И не его одного, конечно. Убрать, когда в руках Дэвида окажутся чертежи. Когда слежка сделает свое дело.

Теперь нужно разработать план собственных действий. Воспользоваться уроками, которые годами преподавал ему Лисабон. Времени в обрез. Поэтому каждая ошибка может оказаться роковой.

С притворной беспечностью оглядел он десятки гулявших по дорожкам и траве людей, гребцов и пассажиров в небольших лодках, что плавали по озеру. Кто из них» его враги?

Дэвид закурил, прошел по крошечному мостику. В нем проснулся азарт. В нем слились дичь и охотник. Все тело его напряглось — оно готовилось к схватке. Это чувство было ему знакомо. Оно охватывало на поле боя. А там он ощущал себя как рыба в воде. Там его никто не мог превзойти. Именно там строил он огромные здания из стекла и бетона. Там, в своих мыслях.

Подчас ничего другого ему просто не оставалось.

Он бродил почти два часа и теперь очутился на углу Вьямонте, в нескольких кварталах от дома. До встречи с Джин оставалось всего полчаса. Краем глаза он заметил среди пешеходов на другой стороне улицы неожиданно образовавшийся прогал: двое мужчин вдруг повернули обратно, тут же с кем-то столкнувшись, начали извиняться.

Тот, кто был слева, оказался недостаточно расторопным — не успел втянуть голову в плечи или ссутулиться, дабы слиться с толпой. И Дэвид узнал его. Он был одним из тех двоих на крыше. С его спутником Дэвид, по-видимому, был не знаком, но за первого мог поручиться. Он даже слегка прихрамывал — сказались нанесенные Дэвидом удары.

«Значит, я не ошибся, за мной следят», — подумал Дэвид.

Пройдя еще десяток шагов, Дэвид вошел в маленькую лавку дешевой бижутерии. Там несколько девушек-машинисток выбирали подарок увольнявшейся секретарше. Дэвид улыбнулся раздраженному хозяину, дал понять, что не спешит, может подождать. Тот в ответ лишь беспомощно развел руками.

Сполдинг пристроился у окна так, чтобы из-за косяка двери его не было видно с улицы.

Его же преследователи о чем-то горячо заспорили, второй мужчина отчитывал своего хромого спутника. При этом оба то и дело выглядывали поверх пешеходов, вставали на носки — словом, вели себя глупо, как дилетанты. Если бы Дэвид принимал у них экзамены по слежке, они бы -провалились.

Дэвид сообразил, что на углу они повернут направо, пойдут по Кордобе к его квартире. Как только это произошло, Дэвид, не обращая внимания на протесты продавца, выскочил из лавки и побежал через дорогу, уворачиваясь от машин, осыпаемый проклятиями водителей. Нужно было попасть на другую сторону Авениды Кальядо, оставаясь вне поля зрения филеров. Поэтому он и не пошел на перекресток: филеры могли запросто обернуться и Дэвид оказался бы у них прямо перед глазами.