— Да, конечно… Тогда вернемся к его вопросу. Почему здесь оказались , вы, человек из Лисабона?

— Вы же сами сказали, что я опытен и осторожен. Поэтому мне и доверили послать шифровку.

— Неужели никого другого не нашлось? Стоило ради такого перебрасывать вас из Испании? Я спрашиваю и как потенциальный враг, и как объективный наблюдатель, союзник Райнеманна. Нет ли здесь какого-нибудь не известного нам подвоха?

— Если и есть, я о нем тоже не знаю, — ответил Сполдинг, парировав инквизиторский взгляд Штольца точно таким же своим. — Сказать по правде, мне хочется поскорее получить чертежи, послать шифровку и убраться отсюда к чертовой матери. Раз большая часть тех денег, что вам заплатят, принадлежит Министерству обороны, а оно выбрало меня, значит, в Вашингтоне считают, что я самый проницательный и неподкупный.

Наступила тишина. В конце концов ее прервал Штольц: — Вы, американцы, вечно беспокоитесь, как бы не остаться в дураках, верно?

— Поговорим лучше о Райнеманне. Я хочу встретиться с ним как можно скорее. Я не поверю, что Кендалл обо всем договорился, пока не услышу это от самого Райнеманна…

Штольц глубоко вздохнул:

— Не зря вас считают педантом. Вы увидитесь с Эрихом в его резиденции. Встреча состоится после наступления темноты. Меры предосторожности вас не пугают?

— Ничуть. Без шифровки деньги в Швейцарию не переведут. Поэтому надеюсь, что герр Райнеманн примет меня гостеприимно.

— Безусловно. Итак, мы договорились. Сегодня вечером вам позвонят. Вы будете дома? — Штольц встал из-за стола и откланялся, как истинный дипломат.

«Какая ирония судьбы, — подумал Дэвид, — мне суждено сначала сотрудничать с Райнеманном, а потом убить его…»

Генрих Штольц сел за стол у себя в кабинете, снял телефонную трубку и велел соединить его с Райнеманном.

— Герр Райнеманн? Генрих Штольц… Да, да, все прошло гладко. Кендалл сказал правду. Этот Сполдинг ничего не знает об алмазах. Его заботят лишь чертежи… Ведет непритязательную игру, но без его шифровки нам не обойтись. Иначе американские корабли перекроют выход из гавани, и шхуна окажется взаперти…

7

7

Сначала Дэвид решил, что ошибся… «Этого не может быть!» — подумал-он.