— Это не твоя судьба!

— У каждого судьба своя, — отозвался я, на этот раз серьёзно. — И твоя заключается в том, чтобы исчезнуть, став частью меня. Сейчас мы находимся во дворце моей памяти. Это вымышленное место. Я выбрал первый зал для нашей последней схватки, потому что он служит холлом, и в нём нет моих воспоминаний. Ничто и никто не помешает нам. Ты готов?

— Значит, ты сам поместил меня в тело, которое я стремлюсь занять?! — удивился мой противник. — Что ж… Выходит, ты сам облегчил мне задачу! Когда я уничтожу тебя, то достигну своей цели!

Он был прав, но лишь отчасти. Шансы одолеть меня имелись, но лишь теоретически. На своей территории я был куда сильнее. Если б не это, я не рискнул бы поглотить чужую душу.

Мой враг развёл руки и замер в ожидании. Его кривая ухмылка застыла, превратив бледное лицо в маску. Я понимал, что он пытается сотворить клинки, но это был уже не Элизиум. Мы находились в моём сознании. И я полностью контролировал его. Здесь что-либо могло появиться только по моему желанию.

Выражение лица моего противника изменилось. Он удивлённо взглянул на свои пустые руки.

— Зря стараешься! — сказал я, сотворив для себя пару револьверов.

Один сверкал полированным серебром, а другой был чёрен, как агат. В поверхности обоих отражались цветные пятна проходящего сквозь витражи света.

Подняв руки, я открыл огонь. Здесь не имело значения, на сколько патронов было рассчитано оружие. Револьверы просто выплёвывали одну пулю за другой — совсем как в старых итальянских вестернах.

Душа кинулась через зал, петляя и постоянно меняя направление движения. В её спине появлялись раны. Когда человек добрался до высоких двустворчатых дверей, он был практически изрешечён. Я шёл за ним, не прекращая стрельбу ни на миг. Рванув двери, душа издал отчаянный возглас. Разумеется, зал оказался заперт!

Когда мой враг развернулся, я отшвырнул револьверы и начал расти с каждым шагом. Чем больше я становился, тем меньше делался мой враг. Он сжимался, превращаясь в крошечную копию себя. Лицо его исказилось ужасом, глаза неотрывно следили за моим приближением. Когда я навис над ним, то увидел человека, лишившегося всякой решимости. Этого и требовалось добиться! Создав стеклянную колбу, я схватил своего побеждённого врага и поместил его в сосуд. Он упал на дно, свернувшись в позе эмбриона. Я запечатал горлышко колбы дымящимся сургучом и запечатал его своим фамильным перстнем, который появился на указательном пальце.

Распахнув двери зала, я двинулся через дворец в самое дальнее его помещение, где хранились воспоминания, которые я хотел бы навсегда стереть. К сожалению, это не под силу даже алхимику и чародею! К счастью, это и не нужно. Любой образ является частью нашей личности, неотъемлемой составляющей, дающей силу в нужный момент. Даже если иногда кажется, что он является нашей слабостью. Нужно лишь научиться правильно его использовать. А это — самое сложное!