Впрочем, «ходить на сторону» — термин вульгарный. Для Николаса поначалу так и было. Как только брак пошел под откос, они с Констанс прекратили заниматься сексом. А в его возрасте просто отказаться от интима не вариант. Ему нужна была разрядка. С Изабель он познакомился на одном из бесчисленных благотворительных приемов Констанс. Поначалу Николас раутами наслаждался. Это был шанс принарядиться, затесаться в ряды элиты Эшби, побыть тем, кем он себя увидеть и не помышлял, — звездой.

Но на самом деле звездой не был. Он был спутником звезды. Украшением. Посыпкой на мороженом. Может, какого-то вкуса и добавляет, но никто не разочаруется, если его не будет.

Изабель была молодой. Роскошной. Богатой. Лишенной политических амбиций. Ее единственным бременем был брат-имбецил Крис. Крисси, как она звала его. Николасу же казалось, что с того момента, как тебе можно покупать алкоголь по закону, отзываться на имя вроде Крисси просто грешно.

Снова они столкнулись в магазине сыров. А уж в сырах Николас толк знал. Помог ей выбрать шикарный импортный камамбер и порекомендовал ему в пару вкусного красного из долины Напа[76]. Поблагодарив его за спасение званого ужина, она пригласила Николаса на грядущую вечеринку. Он отклонил приглашение под тем предлогом, что Констанс трудно выбраться в последнее время из-за скорых перевыборов.

— А кто приглашал Констанс? — ответила она с лукавой улыбкой. Три дня спустя они уже спали вместе на ее шикарных египетских хлопковых простынях.

Через месяц он понял, что женился бы на ней.

А вот как отделаться от Констанс — вопрос другой. Рассказал об этом Кэролайн: они привыкли делиться всем. Кэролайн ненавидела Констанс, считая, что та отодвинула Николаса на задний план. Так что, когда Кэролайн сказала Николасу, что может найтись способ избавить его от супружества да с солидными супружескими алиментами, Николас развесил уши во всю ширь. У Изабель деньги есть, но эти деньги будут его собственными. От него всего-то и требовалось пожелать Констанс гореть в аду.

Это его несколько смутило. Кэролайн была знакома с парнем, знакомым с застройщиком из Нью-Йорка, который заодно выступал и застрельщиком. Какой-то там Луис с восточноевропейской фамилией, потерявший миллионы, когда семейный бизнес Райтов всплыл кверху брюхом.

Николас Драммонд понимал, что Констанс ждет падение. Но не предвидел, что настолько жесткое.

Ему было не по нутру выслушивать показания Сэма Уикершема, напропалую вравшего, что трахался с его женой, когда на самом деле это Николас трахался направо и налево. Но Изабель наблюдала за этим с восторгом. Купила полдюжины экземпляров «Эшби Булетин» с заголовком «Мэр — растлительница малолетних», набранным сорок восьмым кеглем.