В Заозерске все трое сошли, но в отличие от остальных туристов, из-за наплыва которых и была открыта эта авиационная линия, не пошли знакомиться с городскими достопримечательностями, даже не выходили в город, а, обогнув летное поле, присели в лесочке, осматривали аэродром, о чем-то долго говорили и только потом направились к железнодорожной станции.

У вокзала Черный прилепился к пивному ларьку, быстро столковался с каким-то подвыпившим рыболовом в высоких болотных сапогах и с удочками в чехлах, тот долго рылся в карманах, выуживая рублевки и мелочь. Черный сгонял в магазин за углом, вернулся с бутылкой и теперь мирно посапывал, привалившись к плечу Стаса. Своего недавнего дружка он увидел на перроне, когда подходил поезд. Рыбак спал на скамье под открытым небом, и казалось, никакие силы на свете не способны его разбудить.

— Кореш! — растолкал его Черный. — Электричку проспишь!

Рыбак непонимающе посмотрел на него, увидел остановившийся у платформы состав, собрал свои удочки и поплелся за Черным. В вагоне он рухнул на ближайшее от двери сиденье и тут же захрапел.

Стас потащил Черного подальше от него, в другой конец вагона, где у окна уселся Спицын. Поезд уже тронулся, когда в вагон вошли несколько парней с рюкзаками, у одного из них в руках был транзистор. Стас насторожился, но парни прошли мимо, перешли в соседний вагон и, наверное, пошли дальше, в голову состава, чтобы не тащиться с тяжелыми рюкзаками через весь перрон, когда поезд прибудет на конечную станцию.

Стас еще раз оглянулся на собутыльника Черного. Тот по-прежнему храпел, натянув на голову ворот штормовки. Только тогда Стас подсел к Спицыну, и они о чем-то негромко заговорили.

Линия проложенного на карте курса тянулась от Заозерска до границы, пересекала ее и заканчивалась в приграничном городе Швеции.

— Однако! — Курнашов отложил в сторону увеличенную фотографию. — Замахнулись!.. Других карт у Спицына нет?

— Только эта, Сергей Павлович, — ответил Савельев.

— И жена, говорите, не в курсе?

— Абсолютно! — подтвердил Савельев. — От нее и дочери все скрывается. Знают только, что сядут в самолет и полетят.

— Так... — задумался Курнашов. — От Заозерска до границы — шестьдесят пять километров. Всего ничего! Но дальше-то?.. Что говорят авиаторы, Михаил Степанович?

— Топлива достаточно. Даже с запасом, — доложил Костров. — Лететь, очевидно, предполагают на малой высоте, чтобы не засекли радары. Если их карта в чем-то и несовершенна, то в кабине останется полетная карта экипажа со всеми необходимыми данными. Вероятность того, что их собьют над нашей территорией, сведена до минимума. Рисковать жизнью экипажа и остальных пассажиров не будут. Соседи тоже на это не пойдут. На это и расчет! Могут дотянуть до Швеции, Сергей Павлович!