Кто-то вскочил на скамейку, где-то опрокинули кресло, Колыванов яростно стучал кружкой по чайнику и надрывался:

— Тихо! Сядьте на места! Степан, сядь, говорю!..

— Не сяду! — огрызнулся Степан.

Он пробивался к Стрельцову, его не пускали, Степан вырывался и опять лез по скамейкам вперед. Рядом со Стрельцовым встал юноша в стетсоновке, снял очки и сунул в карман.

— А ну, тихо!.. — стукнул кулаком по столу Зайченко.

Чайник подпрыгнул, кружка покатилась и упала. И снова все притихли, таким громким был его голос.

Зайченко потер горло ладонью, поднял с пола кружку и тихо сказал:

— Садитесь и не орите.

Колыванов дождался, когда все рассядутся по местам, и обернулся к Стрельцову:

— Вы мне вот что скажите: кадетишки да юнкера сопливые понимали, за что они в семнадцатом году на рабочих с винтовками перли?

— В кадетском корпусе не обучался, — высокомерно пожал плечами Стрельцов.

— Понимали! — усмехнулся Колыванов. — Дураков нет за чужого дядю под пулю лезть! Мы тоже понимаем! Не маленькие!.. — Помолчал, посмотрел на знакомые лица сидящих перед ним ребят, потом негромко сказал: — Умирать, конечно, неохота... Но все равно от пули бегать не будем. И вы нас не пугайте! Пуганые. — И спросил: — Так или нет?

Кто встал первым, Алексей не заметил. Ему показалось, что встала вся рабочая застава разом. Как по тревоге. И в ладоши хлопали, как стреляют залпом. Коротко и жестко. А глаза у всех — как будто сейчас поднимутся в атаку!

Алексей посмотрел в сторону и увидел, что Зайченко тоже стоит. Навытяжку. Как перед строем.

Когда все молча расселись по местам, Алексей охрипшим вдруг голосом сказал:

— С этим вопросом полная ясность.

— Я остаюсь при своем мнении! — выкрикнул Стрельцов. — Прошу занести в протокол.

— Это сколько угодно! — Алексей кивнул Насте: — Запиши... — Откашлялся в кулак и перебрал листочки с записями. — Пошли дальше. Как известно, отдельные рабочие Союза объединились в Российский Коммунистический Союз Молодежи. Это, товарищи, уже не мечта, а свершившийся факт! Мы призываем объединиться всех, кто еще не вошел в наш Союз. В объединении наша сила, товарищи!

— Правильно! — крикнул со своего места Горовский.

На него удивленно оглянулись, он протолкался вперед и повторил: