— Я-то? — ухмыльнулся Федор.

— Ты-то! — дуя на ушибленный палец, передразнил Степан.

— Я-то смотрю куда надо, а ты в другую сторону, — хитро улыбнулся Федор.

— В какую еще сторону? — отвел глаза Степан.

— Да всё в одну! — негромко сказал Федор и понимающе мигнул в сторону Глаши.

Степан с силой швырнул зубило на пол:

— К чертовой матери такую работу!

— Ты шибко не разоряйся, — поднял зубило Федор и поглядел на спящего Саньку: — Спит человек...

— Что, во всей мастерской ключа разводного не найти? — бушевал Степан. — Где механик?!

— Да не ори ты, действительно! — прикрикнула на него Настя и тоже посмотрела в угол: — Третью ночь ведь не спит...

— А я сплю? — огрызнулся Степан.

— Сравнил! — Федор даже рассмеялся. — Чай, он мальчонка совсем.

— Ты, землепашец, помолчи! — вышел из себя Степан. — Не твоего ума дело!

— Это почему же? — поморгал ресницами Федор.

— В Союз не вступаешь, в текущем моменте не разбираешься! — распалял себя Степан. — И чего с тобой Лешка нянчится?

— Тебя не спросили, — помрачнел Федор.

— Зря не спросили. Я бы сказал! — пошел к раскрытым дверям гаража Степан и уже со двора послышался его крик: — Механик! Павлов, будь ты трижды!..

— Бешеный, — сказала Настя и посмотрела на Глашу.

Глаша смеялась одними глазами и молчала.

В углу под лестницей завозился Санька. Зевнул, потер глаза кулаками и сонным голосом спросил: