— Да, балуется иногда.

— Где сейчас Никита?

— Отправился купаться на канал… А в чем дело, сержант?

— Пожарные правила вы не нарушаете, — скороговоркой на ходу ответил Григорьев, добежал до машины, схватил микрофон, вызвал Шестиглазова.

— Я нашел красный мопед «Верховина-3» без левой педали. На нем ездил в Шлиссельбург Никита Зеленев, сын сторожихи Нины Федоровны. В комнате Никиты лежит школьная тетрадка со стихами. Цвет шариковой ручки совпадает, тот же, что и у НАГа.

— Где он сам?!

— Мать говорит — пошел купаться. Соседский мальчишка Юрка утверждает, что Никита пошел следом за девушкой по имени Елена Островская. Отправился тайком ст нее, на расстоянии, чтобы не заметила. Что будем делать?

— Похоже, это маньяк, — отозвался Шестиглазов. — Наконец-то добрались. Ты его в лицо помнишь?.. Тогда на полной скорости мчись к канату. У пешеходного мостика встретимся. Я с группой захвата поспешу туда же. Будем на месте через десять минут. — И добавил совсем неуставное: — Господи, неужели еще один труп? Успеть бы, жми во всю, сержант! — и уже на ходу Шестиглазов доложил дежурному отделения милиции: — Докладываю — найден красный мопед «Верховина-3» без левой педали. Похоже, мы вышли на убийцу. Это Никита Зеленов, сын сторожихи Нины Федоровны. Помните, в прошлом году мы отдали под суд его младшего брата за угон грузовика? Никита — здоровенный парень, с головой у него не все в порядке, эпилептик. Торф возит на тележке со строительства шоссе, и этим себе на жизнь зарабатывает. У него найдена школьная тетрадка со стихами. Та же шариковая ручка, кто и у НАГа. У соседа-мальчишки он брал в сарае мопед. След от мопеда прослежен через огород до дороги. След свежий. Это Никита сидел у церкви в Шлиссельбурге и высматривал Геннадия Исаева.

Глава XIX

Глава XIX

В этот день на участке мне не сиделось и я несколько раз выходил на прогулку, размять ноги. В одну из этих прогулок встретил Зою, неторопливо идущую к воде, на пляж. В зеленом лифчике и зеленых шортах, которые гармонировали с ее зелеными глазами, сна выглядела очень привлекательно. Лифчик был ей несколько тесен, формы ее бюста превосходили сегодняшние стандарты. От ее груди я не в силах был оторвать взгляд. «Это та женщина, которую я хотел бы видеть рядом с собой!» — вот какая мысль мелькнула у меня. Вернувшись на участок, я снова взял тяпку и занялся прополкой, но по-прежнему вспоминал Зою в ее зеленых шортах и лифчике. Перед глазами то и дело возникали картины, которые мешали сосредоточиться…

Пенсионер Анохин, еще крепкий старик, легко переплыл широкий Ладожский канал. Хватаясь за ветви кустов, вскарабкался на гребень насыпи. Полюбовался искрящейся далью Ладоги, перевел взгляд ближе и увидел нимфу. Совершенно нагая, она загорала, стоя около камышей, и не замечала пенсионера. Анохин придерживался строгих правил и не позволил себе подглядывать за доверчивой девушкой. Наоборот, как бы взял ее под охрану, зорко огляделся — не крадется ли к ней какой-нибудь злодей с нехорошими намерениями. Внизу по течению канала сидел неподвижно в резиновой лодке сонный рыбак с удочкой. От берега к берегу взад и вперед плавали купальщики. Никакого злодея старик не обнаружил.