— Еще говорит, что у Нельсона были проблемы в браке и многое предстояло уладить. А он в этих делах вроде как знает толк, сам десять лет назад был на грани развода. Много пил… Словом, увидел в Нельсоне родственную душу, вот и покрывал его. Признается, что ему тоже было худо и тоже стыдно рассказывать, в чем на самом деле проблема. Ходил тайком в клуб анонимных алкоголиков, и каждый раз ему приходилось придумывать для этого оправдания и лгать. Он признался, что превратился в профессионального лжеца, но это, мол, такой период и его надо пережить. «То, что вызывает в тебе стыд, становится твоей гордостью», — так он сказал. Даже показал мне синий с золотом значок, который получил за то, что не пил десять лет.

— Значит, вы считаете, что у Нельсона проблемы с алкоголем?

— Похоже на то. Я не хотел спрашивать об этом напрямую, парень и так очень чувствителен. — Джонсон пожал плечами.

— Итак, у нас есть некий человек, который обеспечивает ему алиби, потому что идентифицирует себя с ним и уверен, что тот тоже алкоголик. По правде сказать, это ничего не добавляет к тому, что мы и так уже знаем, — лишь подтверждает, что у Брэда Нельсона проблемы в семье, которые он собирался как-то разрешить, и что для этого ему несколько раз пришлось отлучаться. И никто, кроме его напарника, не знал, что он исчезал как раз в тех местах, где были убиты семьи.

— И все же вы не верите, что он Композитор…

— Приступы гнева лучше всего доказывают то, что у парня проблемы с выпивкой. А собрания анонимных алкоголиков часто проводятся в помещениях приходских церквей. Помните, капитан Рид видел, как Брэд Нельсон тайком пробирался в церковь, хотя никто не сказал бы, что он верующий.

— Хорошо. Я говорил вам, что есть еще одна новость, — сказал Джонсон, постучав пальцами по рюкзаку с ноутбуком, висевшему у него на плече. — Мобильные телефоны все еще не работают, но, похоже, компьютерная система больницы продолжает функционировать. Медсестра подтвердила, что интернет очень медленно, но работает, и электронная почта тоже. Мне удалось войти в нее и скачать несколько писем. Все загружается еле-еле, и мне потребовалось двадцать минут, чтобы прочитать весь текст. Одно письмо предназначено вам, — сказал он, вынимая ноутбук и показывая на экран. — Вирджил Лэндис, директор Американской страховой ассоциации.

Амайя открыла письмо, пока Джонсон держал ноутбук, пристроив его на предплечье.

— Он объясняет, как работает его ассоциация, — сказала она, пробегая глазами текст, — какие полномочия у инспекторов. Они имеют доступ ко всем данным застрахованных лиц. И посещают места катастроф, чтобы оценить размер страховок, которые выплачиваются из общего фонда, учрежденного как раз для подобных случаев. Тон письма дружелюбный и довольно прямолинейный, что удивительно. Единственное, чего здесь нет, — запрошенной нами информации об инспекторах определенного возрастного диапазона с тремя детьми. Он говорит, что не имеет права отправлять эти данные по электронной почте, к которой каждый может получить доступ.