— Да.

Джейкоб улыбнулся, но тут же опустил голову и снова покосился в сторону.

— Но некоторых нельзя убить. Например, зомби. Дедушка выстрелил в зомби, а ему хоть бы что: продолжал шагать, как сломанный робот. Что ты будешь делать, если перед тобой мертвый или призрак? — В его голосе звучала нотка неподдельного ужаса.

— Ты хорошо рассмотрел людей, которые вломились в твой дом?

— Это были двое мужчин в масках. Один был призраком, он был главным.

— Их командир был призраком? Почему ты думаешь, что это был призрак?

— Потому что он не говорил, а мысленно приказывал им, что нужно делать… и еще его лицо…

— Что с его лицом?

Джейкоб опустил голову и несколько секунд сидел неподвижно, но затем собрался с духом. Встал и протянул ей руку, приглашая следовать за собой. Не думая, Амайя взяла мальчика за руку и пошла за ним. Они сделали всего четыре шага до стоявшего перед ними сестринского поста, и тогда она поняла причину его косых взглядов, причину страха. Мальчик поднял руку и, не глядя на нее, указал на плакат с анатомическим изображением человеческого тела с мышцами, лишенными кожи.

— Он был вот таким.

Глава 45 Ангел-хранитель

Глава 45

Ангел-хранитель

Элисондо

У Игнасио Альдекоа не было будильника, да он ему и не требовался. Игнасио зажег лампочку и взял со столика часы, которые унаследовал от отца. Было пять утра. Он знал, что, спустившись в столовую, застанет в камине красноватые угольки. Он не спал всю ночь; как ни старался, ему не удавалось избавиться от образа того темного взгляда. В его сознании сменяли друг друга одни и те же картины: белая рука, покачивающаяся в воздухе, обрамляющее эту руку парящее кружево, матово-черные волчьи волосы и улыбка.

Аппетита у Игнасио не было, но он по привычке съел обильный завтрак, который съедал каждое утро. Выходя на улицу, он обнаружил, что впервые за многие годы жена заперла дверь на ключ, и почему-то не удивился. Ближайший дом находился в трех километрах, и по традиции дверь не запиралась. Он задержался на несколько секунд, глядя на ключ и гадая, заметила ли Джоксепи женщину в машине. Даже если нет, этого инцидента оказалось достаточно, чтобы первый раз в жизни запереть дверь. Игнасио вышел, снова закрыл дверь и направился к хлеву, свистом подзывая Арджи и Ипара, пару бордер-колли, своих неразлучных помощников.

Вернувшись в полдень, он обнаружил, что Джоксепи разговаривает по телефону с Энграси. Спрашивать он ничего не стал, но по отдельным словам сумел восстановить суть разговора. Накануне вечером они вместе отправились в казарму Гражданской гвардии, чтобы подать жалобу. Утром лейтенант позвонил Энграси и объяснил, что, согласно записям французской полиции, в стране нет машины с таким номером. Возможно, они неправильно его записали или перепутали букву с цифрой. Игнасио покачал головой, готовя корм для собак. Его ничуть не удивило, что номерной знак был фальшивым и что лейтенант даже не потрудился разыскать нужный автомобиль. От него не ускользнула насмешливая гримаса, появившаяся на лице сержанта, когда тот решил, что на него не смотрят. Возможность похищения казалась ему такой же маловероятной, как прибытие инопланетян. Он даже позволил себе высказать три или четыре гипотезы о степенях опьянения, до которых туристы доходят по пятницам, и о разыгравшемся воображении маленькой девочки. Как бы то ни было, решение Игнасио уже принял.