– Мы оказываем юридическое сопровождение. Что вы хотели?

И я снова повесил трубку. Тут же погуглил и выяснил, что бюро «Поллард и Кларк» расположено в Холланд-парк, буквально в одном квартале от офиса Мел. А специализация у них – семейное право и разводы.

Перехватило дыхание, будто меня ударили в солнечное сплетение. Мел, конечно, меня обманула, но обращение к юристам означало, что она настроена куда серьезнее, чем я думал. Я стоял, упершись лбом в стекло, а в груди разрасталась боль. Как мне теперь рассказать об этом Вильяму? Как вообще ребенок может осознать, что его родители…

Послышался металлический стук. Бледный подросток стучал по стеклу монетой.

– Чувак, ты закончил или как? – его голос звучал глухо сквозь закрытую дверь. На нем была черная бейсболка с вышитым листком конопли.

Я распахнул дверь.

– Чего?

– Ты закончил?

– Нет.

– Долго еще?

Одет парень был в черную толстовку с капюшоном, спущенные джинсы, которые сидели так низко, что виднелась резинка трусов. Лицо было в прыщах. При этом вокруг него распространялся запах марихуаны, немытого тела и грязной одежды. В его виде было что-то знакомое. Неподалеку на скамейке устроилось четверо парней, практически неотличимых от стучавшего в стекло.

– Как закончу, так закончу, – ответил я.

Подросток глянул на дружков на лавке, ухмыльнулся и снова обернулся ко мне.

– Давай, хватит уже, ты тут сто лет стоишь.

– Да ты что? Тогда у меня есть предложение.

– Чего? – Парень стоял, слегка покачиваясь, и глядел на меня, будто он участник скандального телешоу, обвиняющий собеседника во всех своих бедах. Запах и вид недвусмысленно намекали, куда и зачем ему нужно было сделать неотслеживаемый звонок.

Большая часть моей учительской жизни состояла из общения вот с такими хамоватыми подростками, на мелкие выходки которых никогда нельзя было ответить. По крайней мере сколько-нибудь равнозначно. Всегда нужно было «глубоко вдохнуть, сосчитать до десяти и поговорить с позиции взрослого». Правда, толку от этого никакого. Но сегодня я не был учителем, а внутри меня уже все кипело.

– Давай-ка ты развернешься, подтянешь чертовы штаны и свалишь отсюда нахрен!

Я думал, что парень ответит агрессивно, примется толкаться и ругаться. Но он явно опешил, совершенно не ожидая такой реакции.