Пен садится в постели, чувствуя головокружение. Уже несколько недель она отгоняла все мысли, связанные с симуляциями и брешами. А теперь они хлынули обратно.

* * *

Пен и Фэй устраиваются за столом во внутреннем дворике кафе «Кофе Интеллигенция». Фэй задает Пен вопросы о ее кинопроекте.

Пен отвечает на них, затем спрашивает:

— В письме ты сказала, что думаешь, ты была в Доме Пандоры?

— Да. Я туда ходила со своим парнем. Где-то шесть месяцев назад. Мы с ним принимали много наркотиков, но теперь я чиста. Но в то время, мы… ну, каждую ночь. Он взял меня на эту вечеринку, которую его друг назвал «вечеринкой в Нарнии».

Дом был странный. Такой маленький синий дом в Глассел-Парк. Но потом мы спустились по лестнице, и все выглядело так, будто это гигантский особняк. Только под землей. Там были еще люди, но они были другими. Не знаю, как объяснить. Как будто они из какого-то другого места. А мой парень захотел, чтобы я занялась сексом с другой женщиной. Я не хотела. Он давил на меня. Поэтому я убежала. И заблудилась. Там было очень много комнат и коридоров. Я вошла в одну комнату и увидела эту дыру. Не знаю, как описать. Она была в воздухе посреди комнаты, но было похоже на пустоту. И я сунула в нее руки, но почувствовала, что ухожу, и мне стало страшно, и я вырвала оттуда руки. А потом побежала. Заблудилась и искала дорогу целый час. Наконец выбралась наружу. И все бежала и бежала. Встретила полицейскую машину, и полицейский отвез меня домой.

— Ты потом туда возвращалась? — спрашивает Пен.

— Нет, мне было страшно. Все это напугало меня, и я перестала принимать наркотики. Ходила на собрания. Я рассказывала о том, что видела, и сначала люди меня поддерживали, только списывали все на плохой приход. Но я-то знаю, что я видела. Руководитель группы просил меня больше не поднимать эту тему, сказал, что я пугаю людей. Но мне нужно поговорить с кем-нибудь, чтобы разобраться. Поэтому я начала исследовать всякие такие вещи, типа дома с привидениями, дома-айсберги, и вот наткнулась на твой «Кикстартер».

— Где этот дом находится?

— Начнем с того, что я была под наркотиками и помню смутно. Когда я потом бежала, все определенно было смутным. Я пробежала, наверное, милю или две. Но помню, как добралась до улицы Дивижн, а потом Сайпресс, и так я поняла, что дом находился в Глассел-Парк.

— Что еще ты помнишь о доме?

— На крыльце висели каменные львиные головы. Две. А во дворе рос большой калифорнийский черный орех. Я узнала дерево, потому что читала о них в парке, где они растут, в Каньоне Грецких Орехов.