Кол Маккей ждал его в своем кабинете. Завидев входящего Эпстайна, он спешно встал из-за стола.

— Привет, Стив!

Эпстайн примостил дипломат у кресла и сел.

— Теперь давай без обиняков — что произошло в нашем ведомстве? Чувствую, что ты рассказал мне далеко не все. И вообще, зачем ты брал ко мне этого полковника?..

— А-а-а… — махнул рукой доктор Маккей. — Прости, не хотел тебя обидеть… Знаешь, после той операции в Ираке, когда тебя пришлось на время включить в оперативную группу «Нормандия», мы все стали немножко другими. И мир выглядит иначе… Ты даже не представляешь, во что сейчас превратилась Россия. Она готова продать все, вплоть до военных секретов, лишь бы не сдохнуть с голоду. Ты хоть радио слушаешь?

Стив неопределенно покачал головой:

— Ага, музыкальный канал. Там еще иногда передают погоду…

— И про август девяносто первого ничего?..

— Так, немного… — Он покрутил пальцами в воздухе. — Как будто, была у них там какая-то заварушка. Неужто приглашают меня возглавить правительство?

Маккей исподлобья посмотрел на Стива пытливым взглядом. Он ему на какой-то миг показался не опытным сотрудником, которого он знал раньше, да что там раньше — всегда, а темным и дремучим отшельником, не видящим дальше кончика своего носа. Но Кол знал, что на самом деле это не соответствует истине.

Откинувшись в кресле, Маккей открыл папку, лежавшую перед ним на столе. Огромный стол был завален разноцветными пластиковыми и кожаными папками, к обложкам которых были прикреплены красные уголки, а на них значились различные кодовые слова. Вынув лист бумаги, Маккей, словно сам не был знаком с содержанием, еще раз пробежал по нему глазами, а потом протянул Эпстайну.

— Что скажешь по этому поводу?

Стив долго, чувствуется, не один раз, читал текст шифровки.

— У тебя кофе есть? — прервал он наконец молчание.

Маккей повернулся на шарнирном кресле, щелкнул крохотной красной кнопочкой стоявшей на маленьком стеклянном столике кофеварки и принялся извлекать из портфеля цветастую картонную коробку.

— По дороге зашел в кондитерскую. Угощайся, я очень люблю булочки с корицей…

Стив взял булочку и примостил ее на краешке блюдца.

— Роберт Вил, Роберт Вил… — пробормотал он в задумчивости. — Он вместе со мной учился в МГУ, но как будто на два курса позже…

— На три, — поправил его Маккей.

— И что же, он так сразу ушел в отрыв? Ни письма, ни звонка? Его хоть кто-нибудь видел перед этим?