Звонок из Тбилиси от Липнявичуса последовал лишь к обеду. Карелин уже и не думал, что дождется.

В трубке постоянно что-то шуршало и щелкало.

— Я его взял, Алексей. Как говорится, без шума и выстрелов.

— Кого? — без особого энтузиазма, под впечатлением от разговора с Киселевым, спросил Карелин.

— Роберта Вила.

Карелин поморщился — всегда все шло не так, как требовало начальство.

— Молодец.

— Ты что, Алексей? Вроде, не рад…

— Рад. Молодец, Иозас. А что остальные?

— Остальных пока нет. Но они здесь, в Тбилиси. Только сегодня ночью видел лично.

— Что Вил? Говорит, почему сбежал от них?

Пока нет. Считаешь, что надо поговорить с ним сначала здесь?

В этом нет необходимости. Отправь его в Москву.

— Нет, Алексей. Ты все-таки не рад…

— Да рад я, рад, — уже начиная раздражаться и злиться на самого себя, произнес Карелин в трубку.

— Не знаешь, им удалось встретиться до задержания?

— Эпстайну и Вилу? Нет.

— Значит, обменяться информацией они не успели?

— Нет. Но, может быть, этот корреспондент кое-что успел поведать…

— Какой еще корреспондент? — брови Карелина полезли на лоб.