Светлый фон
Лосев: Но стреляли-то вы. Если хотите — проведём баллистическую экспертизу, обоснуем всё документально. Но вы-то, как полицейский, должны понимать, что иногда лучше сразу признать свою вину.

Шарикову надоел этот трёп: Я могу знать, что со мной будет после такого?

Шарикову Я могу знать, что со мной будет после такого?

Лосев продолжал играть: А сами как считаете?

Лосев А сами как считаете?

Шариков: Кажется, мой поступок требует объяснений. Майор Когтин угрожал мне. И у меня были основания полагать, что он попытается выстрелить в меня первым. Честно говоря, после того, что случилось, я не могу быть уверен в собственной безопасности, пока нахожусь в Зверске.

Шариков: Кажется, мой поступок требует объяснений. Майор Когтин угрожал мне. И у меня были основания полагать, что он попытается выстрелить в меня первым. Честно говоря, после того, что случилось, я не могу быть уверен в собственной безопасности, пока нахожусь в Зверске.

Лосев: Уверен, майор Когтин скажет, что просто хотел почистить оружие. Ваши страхи безосновательны, лейтенант. Никто в нашем городе не тронет полицейского даже, если… Вы выглядите болезненным.

Лосев: Уверен, майор Когтин скажет, что просто хотел почистить оружие. Ваши страхи безосновательны, лейтенант. Никто в нашем городе не тронет полицейского даже, если… Вы выглядите болезненным.

Шариков поднял измотанные глаза на комиссара и оттянул ворот рубашки: Просто жара, товарищ комиссар. Но я в здравом уме и рассудке. У вас не будет воды?

Шариков Просто жара, товарищ комиссар. Но я в здравом уме и рассудке. У вас не будет воды?

Лосев: Простите, нет. Так о чём вы?

Лосев: