Лосев:
Но стреляли-то вы. Если хотите — проведём баллистическую экспертизу, обоснуем всё документально.
Но вы-то, как полицейский, должны понимать, что иногда лучше сразу признать свою вину.
Шарикову надоел этот трёп: Я могу знать, что со мной будет после такого?
Шарикову
Я могу знать, что со мной будет после такого?
Лосев продолжал играть: А сами как считаете?
Лосев
А сами как считаете?
Шариков: Кажется, мой поступок требует объяснений. Майор Когтин угрожал мне. И у меня были основания полагать, что он попытается выстрелить в меня первым. Честно говоря, после того, что случилось, я не могу быть уверен в собственной безопасности, пока нахожусь в Зверске.
Шариков:
Кажется, мой поступок требует объяснений. Майор Когтин угрожал мне. И у меня были основания полагать, что он попытается выстрелить в меня первым. Честно говоря, после того, что случилось, я не могу быть уверен в собственной безопасности, пока нахожусь в Зверске.
Лосев: Уверен, майор Когтин скажет, что просто хотел почистить оружие. Ваши страхи безосновательны, лейтенант. Никто в нашем городе не тронет полицейского даже, если… Вы выглядите болезненным.
Лосев:
Уверен, майор Когтин скажет, что просто хотел почистить оружие. Ваши страхи безосновательны, лейтенант. Никто в нашем городе не тронет полицейского даже, если… Вы выглядите болезненным.
Шариков поднял измотанные глаза на комиссара и оттянул ворот рубашки: Просто жара, товарищ комиссар. Но я в здравом уме и рассудке. У вас не будет воды?
Шариков
Просто жара, товарищ комиссар. Но я в здравом уме и рассудке. У вас не будет воды?
Лосев: Простите, нет. Так о чём вы?
Лосев: