Волчара закрыл глаза. Вот оно.

Свершилось.

Шариков предупредительно выставил лапы: Постойте, вы хотели просто поговорить…

Зорга: И так как вы, капитан, решили по доброй воле присутствовать на суде, а не уйти сразу — я не могу оставить вас в качестве простого свидетеля. Значит мне придётся убить и вас.

Шариков заскулил, и в брюхе у него заурчало. В пасти пересохло и язык беспомощно повис на клыке. Какой дурак, — думал он. Какой же ты дурак, капитан, бл*ть, Шариков. Как же так… не может же быть так глупо?..

Шариков: Г… господин Зорга. я не сделал ничего плохого и никому не скажу. Я могу уйти сейчас…

Серов: Зассала псиная морда.

Шариков признал, что волчара был прав. Серов выглядел внушительно уверенным для запуганного подозреваемого.

Но молодому капитану было что терять; он по-настоящему влюбился и стремительно взбирался вверх по карьерной лестнице. Неужели путь его должен был закончиться так случайно и глупо?