Я думаю, думаю, думаю. Уколоться, иначе не вынесу сегодняшней ночи. Без укола сложно быть шлюхой. Не смогу. Меня уже потрясывает. Срочно дозу принять, иначе больно будет, а я не хочу боли. И времени в обрез, вот-вот эта скотина явится. Уколоться и дневник спрятать.

Ничего, я решила вырваться, значит вырвусь.

Тимур

Салаватов, конечно, предполагал, что Ника уйдет — не вечно же ей обитать в его квартире, однако не думал, что это произойдет так быстро. Вернувшись домой, он даже испугался тишины: телевизор молчал, магнитофон тоже, свет не горел. Пусто и тихо.

— Ушла.

— Ну и радуйся. — Не слишком уверенно произнесла Сущность. — Ты ж сам хотел избавиться. Уедем теперь.

— Куда?

— Куда-нибудь.

В кухне на столе Тимур обнаружил конверт. Из подписей только "спасибо", а внутри деньги. Почти тысяча долларов.

— Вот дура! — Гадать, кто оставил конверт, не приходилось, подобная идея могла придти в голову одному-единственному человеку — Доминике.

— Неплохой повод, однако. — Заметила Сущность. — Есть с чем в гости заглянуть…

Тимур так и сделал. Ника визиту не удивилась, открыла дверь и махнула рукой, приглашая зайти. Выглядела она хуже, чем вчера, Салаватов машинально отметил нездоровый румянец и лихорадочный блеск в глазах. Складывалось ощущение, будто Доминика недавно плакала.