— Маловероятно, — согласилась Кристина, — Тополевич не будет так рисковать. Но всё же эта клиника заслуживает внимания. Не думаю, что пациенток там держат просто так.

Штильхарт фыркнул.

— Естественно, не просто так, — сказал он, — а за большие деньги!

— Вот, — Кристина предупреждающе подняла палец, — то-то и оно, что у убитых девочек не было больших денег. Зачем их сюда везти? Да еще через три границы. Ведь кого обычно возят таким образом?

— Проституция, — принялся загибать пальцы Штильхарт, — торговля детьми, подпольные операции по пересадке органов.

— Подпольные операции, — повторила Кристина, — это могло быть интересно, но я рассуждаю дальше. Чем ещё медицинская клиника может заниматься под видом лечения?

Штильхарт щелкнул пальцами в воздухе.

— Тестированием препарата! — воскликнул он. — Подожди, но на это нужны серьёзнейшие документы, Тополевичу такие никто не выдаст, а если еще будут и смерти… слушай, я бы предпочел что-нибудь поспокойнее.

— Поэтому ты не беглый олигарх, — усмехнулась Левонова, — но не переживай, у тебя все впереди. Девушек сюда заманивают и запирают в клинике. Вполне возможно, что обнаруживают у них несуществующие болезни… это старо как мир.

— То-то и оно, — перебил девушку Штильхарт, — что старо и подопытный материал для таких дел можно найти у любого вокзала, даже хвататься никто не будет, одним больше, одним меньше, но нет, Тополевичу специально нужно привозить молодых девушек.

Кристина задумчиво закусила губу.

— А что, если всё-таки секс-услуги, — предположила она, — девочек привозят, обкалывают этой дрянью и…

Штильхарт пожал плечами.

— А смысл? — спросил он. — Мы же не в Саудовской Аравии, у нас с этим проблем нет. Зачем тебе неприятности, если любую девочку можно снять вполне законно. Здесь на это никто не пойдет.

Кристина вздохнула. Опять тупик, куда ни ткнешься, всюду глухая стена. Она явно что-то упускает.

— Поэтому, как ни прискорбно с тобой соглашаться, — сказал Штильхарт, — но действительно, пока не попадем внутрь, мы ничего не узнаем, будем как слепые котята.

Левонова криво усмехнулась.

— Значит, ты со мной? — спросила она.

— А у меня есть выбор? — поинтересовался Штильхарт. — О знакомстве с тобой надо было жалеть шесть лет назад, а сейчас уже поздно, поэтому я надеюсь, что у тебя есть план.

Раздался звонок в дверь.