Она стояла, привалившись спиной к массивной зелёной двери, и её пока не трогали. Выпав из царящей вокруг суеты, девушка смотрела на то, что осталось от «мини». Задняя часть машины, от средних стоек и дальше, практически не пострадала, только стекла выбило и двери открыло ударной волной. А вот переднюю словно били гигантской кувалдой. Разрубить напополам не смогли, но искорежили так, что теперь не поймешь, где что было. Просто месиво из железа, пластика, стекол и…

Ксения видела то, что осталось от Александры. Почти ничего не осталось.

Что не тронуло взрывом, над тем поработал огонь. Все что-то делали. Или делали вид, что делают.

Одна Ксения неподвижно стояла, прислонившись к зелёной двери. И собирала вокруг себя остатки тишины. В отличие от тех, кто что-то делал, она работала. Терпеть не могла подобные происшествия. Терпеть она не могла работать параллельно с высоким начальством.

Странно всё это. Если убийца хотел свести Анастасию с ума, тогда зачем, зачем он взрывает автомобиль? Конечно, смерть Александры укладывалась в теорию о том, что убийца хочет лишить Урусову всех близких людей, но кто мог знать, что Александра сядет за руль без Анастасии. Есть же вещи, которые просчитать просто невозможно. Роковая случайность. Ксения опять была не склонна так считать. Хотя и всё на это указывало.

А может быть, дело в Эльмире Сабуровой? Может быть, убирали её, а не Анастасию? Нет, профессиональный киллер так не ошибается. У них же должны быть данные автомобиля. Или это опять сработали орангутанги, схожие с теми, которые были у ювелира. Вряд ли, заряд слишком профессионально был заложен для простых «быков».

Хотя это и будет немного цинично, но придется трясти Анастасию. Может быть, гибель подруги заставит её говорить. Девушка вздохнула и вошла в помещение пансионата.

В помещении было тепло, светло и абсолютно тихо. Свет от ламп мягко согревал деревянные перекрытия и лестничные балки. Ксения поймала себя на мысли, что за то время, пока они занимаются этим делом, она первый раз приехала в пансионат. Непростительная оплошность с её стороны.

Директор обнаружилась в помещении ресторана. Она сидела на широкой деревянной скамейке и, положив голову на плечо Эльмиры Сабуровой, плакала.

Ксения ещё раз глубоко вдохнула и, постаравшись сделать самое серьёзное и строгое лицо, на которое была способна, подошла вплотную к сидящим девушкам.

— Итак, мы снова встречаемся, Анастасия Николаевна, — коротко сказала она, — и снова по грустному поводу, связанному с вами.

Анастасия не отвечала, она только тихо всхлипывала.