Сестричка, неужели он тебя тоже очаровал? — вновь зазвучал внутренний голос.

Ксения тряхнула головой. В этой истории был кто-то ещё. Она его не могла отыскать. Значит, надо узнать больше. И только потом делать следующий ход. Что ж, если надо узнать, — она узнает.

Вечернее пространство вновь разрезал телефонный звонок. Рауш. Тоже будет узнавать, что с ней?

— Да, — бросила она, — что у вас!?

— Не знаю, как вам сказать, — произнес Рауш, — все равно не поверите.

— Что ещё? — устало спросила Ксения.

— Нападение на бюро судебной медицины, — глухо сказал он, — трупы убитых девочек украли.

Авалова расширила глаза.

— Чего? — спросила она. — Что за чушь? Что значит украли?

— Я сам не знаю подробностей, — сказал он, — только еду туда. Мне позвонили полчаса назад. У них пересменка. Новые приехали, а там дежурный мертвый. Стали выяснять что к чему, выясняли.

Авалова вытерла лицо от воды.

— Макс, вы же взрослый человек, — пробормотала она, — сами подумайте, зачем трупы красть? Бес знает что! Ладно, сейчас буду.

— А вы где? Может, вас забрать?

Только этого не хватало, просипела про себя Ксения, нет уж спасибо.

— Сама доеду, — бросила она, — диктуйте адрес!

Ксения замерла, покачиваясь на пятках. Какая-то чертовщина. Кому понадобилось красть трупы? Может, их тоже одурманили этим препаратом и теперь кто-то не хочет, чтобы мы это установили? Одно она знала точно. Верховский не мог устроить налёт на морг, по крайней мере лично. Чем дальше она погружалась в это дело, тем более странным оно становилось. Пока она натыкалась только на загадки, а так хотелось найти ответы.

* * *

Где добыть информацию, Штильхарт знал. Ну по крайней мере надеялся, что знает.

Центр имени Ломоносова находился в начале старого города, возле православной церкви. Отправляясь туда, Флориан запросил информацию об этом учреждении. Окажись рядом Кристина, она бы, конечно, восхитилась его профессионализмом на предмет того, что он не сделал это десять лет назад. Ничего необычного в отчете он не обнаружил. Открыт в начале нулевых. Три факультета. Партнерские отношения с ведущими университетами Великоруссии и Швейцарии. Организация весьма солидная. Впрочем, и клиника Тополевича казалась солидной организацией.

Штильхарт вышел из дверей лифта на третьем этаже тихого офисного здания, где в иные дни скорее всего кипела студенческая жизнь. Площадка возле лифта заканчивалась раздвижными стеклянными панелями, на которых была изображена эмблема учебного заведения. Как только Флориан подошел ближе, панели раздвинулись, пропуская гостя в просторное помещение современного дизайна: на полу мягкий ковролин, много зеленых насаждений. Непосредственно впереди от входа помещение рассекалось продольной многоугольной стеной с большим застекленным окном и дверьми нескольких кабинетов административного персонала.