— Занятно, — хмыкнул Соболь, — неужели сбежал?

Покровская пожала плечами.

— Похоже, — сказала она, — или кто-то здесь что-то пытался найти.

Она махнула рукой, показав жестом следовать за ней.

Обстоятельства усложнились.

— Вы решили переквалифицироваться в оперативники и напугать шайку головорезов?

Наташа криво усмехнулась.

— Всегда об этом мечтала, — сказала девушка.

Она вошла в гостиную. Перевернутый стул мог указывать на следы борьбы. Больше ничего интересного не было. Девушка прошла дальше. В глубине комнаты, рядом с большим полотном XVIII века, растекалось красное пятно. Наташа заглянула за угол комода. Арсенюк лежал головой к стене. Кровь капала из его перерезанного горла на паркет, она и образовывала пятно.

— Из огня да в полымя, — пробормотала Наташа, нагибаясь к телу, — никогда такого не видела.

Соболь нервно сглотнул.

— Это что же, — сказал он, — опять эта девица?

— Скорее всего, — кивнула девушка, осматривая карманы, — но похоже, что кроме характерной раны у нас кое-что ещё есть.

Девушка осторожно отодвинула воротник рубашки и отстегнула серебряную цепочку с толстым деревянным крестом.

— Это что ещё такое? — спросил Соболь.

Наташа потянула за нижнюю часть креста. На верхней части стал заметен usb-разъем.

— Вероятно, это и искали, — сказала девушка, — видела я пару раз такие штучки.

— Это что, флешка? — спросил Соболь.

— Да, — сказала девушка, — надо вызывать криминалистов.

— А вот это уже лишнее, — раздался голос.