— Поздравляю, — сказал Хейвз.

— Спасибо. Так что с этим верстаком?

— Рассмотри повнимательнее снимки, — сказал Хейвз. — Не знаю, видно ли на них, над верстаком висят три полки. Со средней стерта вся пыль.

— Да ну?

— Угу.

— Посмотрю, — пообещал Гроссман. — Если что-нибудь увижу, займусь этим.

— Звякни тогда, ладно?

— Кто с тобой в паре работает?

— Стив Карелла.

— О’кей. Я перезвоню. Коттон?

— Слушаю. '

— На это может понадобиться время.

— Почему?

— Пошлю туда парня, пусть посмотрит как и что, и ещ» поснимает, может быть, сделаем анализы.

— О’кей, только обязательно дай нам знать.

— Договорились.

— Большое спасибо.

Хейвз повесил трубку и направился обратно в дом, где работал Лэссер. Теперь ему хотелось больше, чем когда-либо, расспросить жильцов. Кто-то стер пыль со средней полки, и он ломал голову над тем, кто это сделал и почему.

К сожалению, он был полицейским, который выглядел как типичный полицейский. А это хуже всего, когда вам нужно расспрашивать людей, которые вообще из принципа не любят фараонов. Хейвз был ростом шесть футов два дюйма и весил сто девяносто фунтов. У него были голубые глаза, квадратная челюсть и подбородок — с расщелинкой. В копне рыжых волос только на левом виске, куда его однажды пырнули ножом, белела седая прядка. Когда рана заросла, на этом месте почему-то стали расти седые волосы. У него был прямой, непокореженный Нос и красивый рот с полной нижней губой. Но с лица его не сходило высокомерное выражение, даже когда он был в Хорошем настроении. А его настроение никак нельзя было назвать хорошим, когда он начал расспрашивать жильцов дома, и оно еще больше испортилось после того, как Хейвз обошел рва с половиной этажа и всюду напарывался на раздраженные Ответы и угрюмые взгляды.

Наступил полдень, и он проголодался, но ему хотелось покончите с третьим этажом прежде, чем пойти поесть. Тогда После обеда у него осталось бы три этажа. На каждом эта- № — по четыре квартиры, и он уже опросил жильцов квартир ВА и ЗБ, так что оставались квартиры ЗВ и ЗГ, и на после