— двенадцать квартир на этажах с четвертого по шестой — прекрасное времяпровождение на весь понедельник. Не успел он открыть входную дверь и войти в вестибюль, где устоялся запах прогорклого масла, как по всему зданию прошел шепоток и всем стало известно, что появился фараон, что, впрочем, было неудивительно, учитывая, что Джордж Лэссер был убит еще в пятницу на прошлой неделе. Никто не любит легавых, особенно в понедельник, да еще в январе, так что Коттон не надеялся на удйчу.

Он постучал в квартиру ЗВ. Никто не ответил, и он постучал снова. Подождав немного, Коттон направился было к квартире Jr, как вдруг услышал за дверью голос, который спрашивал: «Это ты, Джорджи?»

Это был молодой, но слабый голос, и Хейвз сначала предположил, что говорит больной человек, но тут ему пришли голову другие мысли, и он быстро вернулся к двери. Прежде всего ок подумал, почему, если всем в доме известно, что по Квартирам ходит мистер Закон, голос в квартире ЗВ спрашивает: «Это ты, Джорджи?» И потом, о каком Джорджи идет речь?

Единственный Джорджи, который пришел Хейвзу на ум в данный момент, был убитый по имени Джордж Лэссер.

Он снова постучал в дверь.

— Джорджи? — спросил голос, по-прежнему слабый, приглушенный.

Хейвз пытался вспомнить, где он уже слышал похожий голос.

— Да, — ответил он. — Это Джорджи.

— Минутку, — сказал гоуюс.

Хейвз ждал.

Послышались приближающиеся шаги. Человек за дверью ступал босыми ногами. Потом он услышал, как отодвигали болт особо прочного замка, снимали цепочку и, наконец, повернули защелку простого замка, и дверь слегка приоткрылась.

— Вы не… — произнес голос, но Хейвз уже просунул ногу в щель. Тот, кто стоял за дверью, попытался захлопнуть ее, но как раз в этот момент Хейвз просунул плечо, дверь распахнулась вовнутрь, и Хейвз влетел в квартиру.

Внутри было темно, шторы задернуты и пахло мочой, застарелым табачным дымом, потом и еще чем-то. На парне, стоявшем перед ним, была мятая полосатая пижама, лицо поросло щетиной, волосы висели длинными космами. Его босые ноги были грязны, на пальцах рук и на зубах виднелись желтые пятна. В раскрытую дверь позади него Хейвз увидел спальню и кровать со скомканной простыней. На кровати лежала девушка в замызганной нейлоновой комбинации, которая задралась и обнажила бедро с многочисленными следами уколов. Вид ее бедра неопровержимо говорил о том, что она наркоманка.

— Кто вы такой, черт побери? — спросил парень.

— Полиция, — ответил Хейвз.

— Это еще надо доказать.

— Не волнуйся, мальчик, — сказал Хейвз и достал бумажник из кармана. — Судя по тому, что я здесь вижу, тебя уже ждут неприятности.