— Нет, мы этого не думаем. Но некоторые аспекты этого дела не согласуются, мистер Кэвано. У нас есть основания полагать, что мистер Рур говорит неправду, вот почему мы решили, что надо несколько более подробно ознакомиться с его прошлым.

— Красиво вы говорите, — сказал Кэвано с оттенком восхищения.

Хейвз смущенно поблагодарил его.

— Я действительно так думаю. Если бы я так говорил там, где я вырос, мне бы — башку проломили. Поэтому я выражаюсь так, как привык с детства. У меня крупнейшая в городе бухгалтерская фирма, а говорю я, как бродяга, правда?

— Нет, сэр.

— А как?

— Не знаю.

— Значит, точно, как бродяга.

— Нет, сэр.

— О’кей, не будем спорить. Во всяком случае, вы говорите красиво. Мне нравятся люди, которые умеют говорить красиво. Что же вы хотите знать о Сигги?

— Сколько времени он у вас работал?

— С 1930-го и до прошлого года, когда ушел на пенсию.

— Он честно служил? — спросил Хейвз.

— Надо же, сразу попали в яблочко, — сказал Кэвано.

— Как это понять?

— Хотя я не сказал бы, что он был нечестным, — сказал Кэвано. — Во всяком случае, не в полном смысле слова.

— Тогда каким он был?

— Сигги помешан на лошадях.

— Азартно играл?

— Д-да, азартный игрок. Лошади, карты, кости, футбольный пул, профессиональный бокс — предложите что угодно и Сигги сделает ставку.