– Увольняйте меня. Мне все равно. Вам известно, что я не лгу. Я отвез вас туда в тот вечер. В доме вы пробыли около часа. Я вас ждал. – Рэндольф обвел взглядом всех присутствующих. – Что бы то ни было, я буду защищать Саймона Инглиша. Он хороший человек, и он никогда не сделал мне ничего дурного.

Андерсон негромко проговорил:

– Будет лучше, если вы признаетесь здесь и сейчас, миссис Хэтеуэй. Правда, так или иначе, будет доказана. У меня с собой ордер. – Он вытащил из кармана бумагу. – Ордер на обыск вашего дома и вашей машины. Скажите, мы обнаружим следы крови миссис Майклс на коже сидений или на ковриках?

Лицо Джорджины покрылось багровыми пятнами. Она подошла к камину, положила руку на каминную полку и опустила голову. Она простояла минуту, не говоря ни слова. Наконец она испустила вздох и повернулась к камину спиной:

– Я была там…

Кейт не могла осознать, о чем говорит Джорджина. Она раскрыла рот, но Джорджина продолжала:

– Но все это – ужасное недоразумение…

– Это была ты!

Кейт прижала ладонь к губам, в ужасе глядя на Джорджину.

– Джорджина, что ты говоришь? – вымолвил потрясенный Харрисон.

Андерсон поднял руку, чтобы призвать всех к молчанию.

Джорджина прищурилась:

– Лили позвонила мне в тот вечер. Сказала, что ей нужно срочно со мной увидеться. У нее был такой расстроенный голос, что я сразу поехала к ней. – Она провела по волосам дрожащей рукой. – Лили рассказала мне о вашей ссоре, – добавила она, посмотрев на Харрисона. – Сказала, что призналась тебе в том, что забеременела в ту пору, когда вы были помолвлены. Но вот только она не сказала тебе, что отцом этого ребенка был мой Бишоп.

Кейт стало дурно. Бишоп? Отец Селби и ее мать переспали?

– О чем ты? – прогремел голос Харрисона. – У них с Бишопом был роман?

– Она сказала, что это случилось один раз. Когда ты еще был в Стэнфорде. Палмер тогда был совсем маленький. Они вместе ходили на вечеринку. – Голос Джорджины стал злобным. – Мы должны были пойти туда все вместе, но Палмер вдруг заболел. И я сказала Бишопу, чтобы он шел без меня. Какая же я была дура. И он переспал с Лили. Я-то думала, что она моя подруга. Моя лучшая подруга. Ха!

Харрисон мертвенно побледнел:

– А Бишоп о ребенке знал?

Джорджина покачала головой:

– Нет. Видимо, Лили ему ничего не говорила об этом. Они обманули нас обоих, Харрисон.