– Да пока я даже не вижу в этом никакого смысла, – признался Гуров.
– Ну, извини, – буркнул Стас. – Сделал все, что смог.
Гурову стало неловко. Иногда ему стоило быть повежливее.
– Ты молодец, – поспешил он похвалить Крячко. – И ты прав: помада – хоть какое-то совпадение. Не обижайся, Стас. Лечись дальше.
Поговорив с Крячко и отложив в сторону мобильный телефон, Гуров взглянул в сторону слойки с повидлом и понял, что есть ему совершенно не хочется. Он подошел к окну и закрыл его. Стянул со спинки стула пиджак и вышел из кабинета.
– Петр Николаич, я поехал отрабатывать жильцов своего дома, – сообщил он Орлову по мобильной связи, сбегая по лестнице на первый этаж. – Я же тебе не нужен?
– Иди, – разрешил Орлов. – Что там с Крячко?
Гуров пересек вестибюль, кивнул знакомому сержанту и посторонился, пропуская девушку-курьера.
– Стас связался с редакцией и нашел человека, который был знаком с Громовым. Некая Софья Абельянц, бывший переводчик. Теперь работает в архиве. Работала с Громовым бок о бок несколько лет. Ничего ценного она не рассказала, но обратила внимание, что Громов покупал за рубежом детские игрушки. При этом все знали, что у него не было детей. Так себе зацепка, но это лишний раз подтверждает, что он виделся со своим ребенком. А значит, и с его матерью.
– Но мы даже не знаем, кто она, – закончил мысль Орлов.
– Вот именно.
Выйдя на улицу, Гуров решил было вернуться домой на своей машине, но махнул рукой. В такую жаркую погоду, да еще в двух шагах от дома иногда можно прогуляться и пешком.
* * *
По пути домой Гуров завернул в небольшой переулок рядом с домом. В голове вдруг возникла одна мысль из серии «А почему бы и нет?».
Он честно отстоял в очереди, пропустив вперед взмыленную молодую мамашу с детской коляской и сильно спешащего старика. И только после этого со спокойной совестью толкнул массивную дверь с надписью «Паспортный стол».
За столом в кабинете, обдуваемый огромным напольным вентилятором, восседал Максим Анатольевич Затеев, рыжий мужик сорока шести лет, с которым Гурову несколько раз повезло пообщаться не только по личным вопросам, но и по острой служебной необходимости. Не поднимая головы, Затеев молча указал на пустой стул, даже не взглянув на вошедшего.
– Здравствуй, Максим Анатольевич, – прогудел Гуров.
Затеев оторвался от компьютера, узнал посетителя и заулыбался:
– Какие люди!
– Не начинай.