— Вы думаете, эта справедливость кому-то ещё нужна?

— Не знаю, как вам, но мне она просто необходима.

— А вы кто будете?

— Я сын того человека, которого, как считается, убил Георгий Кондратов. А вы, как я понял, его родственница?

— Я его сестра, — ответила женщина.

— И как мне к вам обращаться?

— Зинаида Петровна, — представилась хозяйка и снова обратилась к дочке: — Лида, иди поиграй с собачкой в комнате, а мы с дядей пройдём на кухню.

Услышав это, девочка издала радостный возглас и позвала Плутона за собой. И тот с удовольствием откликнулся на этот зов, оглашая квартиру звонким лаем. А Шорин прошёл на маленькую кухню, где ему предложили табуретку, на которую он и уселся.

— Угостить мне вас нечем, поскольку в магазин я сегодня еще не ходила, — сообщила женщина, присаживаясь напротив гостя на такую же табуретку.

— Спасибо, я дома перекусил, — ответил Шорин.

— Вы не знаете, когда этот карантин закончится? — задала хозяйка вопрос, который гость не ожидал услышать.

Но всё же ответил:

— Я полагаю, что это случится не скоро — всё только начинается.

— У нас детскую площадку закрыли, и дети теперь не могут выйти погулять, — пожаловалась женщина и задала ещё один вопрос, который тоже застал гостя врасплох: — У вас дети есть?

— Нет, у меня есть собака. А это ваша дочка?

— Нет, внучка, а дочь на работе — она продавец в магазине неподалёку.

— Тоже неплохо, — произнёс Шорин, которого уже начал тяготить этот разговор и ему хотелось поскорее перейти к главному. И женщина это поняла, поскольку сама перевела беседу в нужную плоскость, задав новый вопрос:

— Значит, вы сын одного из тех несчастных?

— Он самый.

— Которого из них?