— Сделаю, — согласно кивнула головой секретарша, сопроводив этот жест обворожительной улыбкой.

Войдя в свой кабинет, Микис плотно закрыл дверь и… застыл на пороге. У огромного окна с видом на Москву стоял неизвестный пожилой мужчина в элегантном костюме в полоску и с белой тростью, на которую он опирался.

— Вы кто такой? — приближаясь к незнакомцу, спросил Микис.

— Я тот, кого вы так долго искали — меня зовут профессор Вóландов, — представился гость.

И только тут Микис осознал, кто именно посетил его в столь неурочный час.

— Тогда что вы стоите, присаживайтесь, — предложил хозяин кабинета и жестом указал на пустующее кресло.

— Я пока не устал, к тому же здесь такой прекрасный вид на город, что я невольно залюбовался этим пейзажем, — ответил гость и устремил свой взор куда-то вдаль — туда, где на горизонте мерцали лучи закатного солнца. — В таком кабинете невольно задумаешься о бренности бытия и смысле жизни. Ведь вы не случайно выбрали для себя офис на самом последнем этаже?

— Да, мне тоже понравился этот пейзаж, — согласно кивнул головой Микис.

— И вам не жаль будет с ним расставаться?

— Но я же не перестану существовать как таковой?

— Это будет несколько иное существование, — ответил профессор, и по его губам пробежало некое подобие улыбки. — Здесь вы хозяин, а там…

Он не стал продолжать, но Микис его прекрасно понял.

— Я готов к такому исходу, поскольку здесь уже всем пресытился.

— Убивать тоже устали?

— Разве я так много убивал? — искренне удивился Микис.

— Двадцать два трупа — это, по-вашему, мало?

— Вы и про это знаете?

Вместо ответа профессор слегка шевельнул тростью и на огромном окне, в котором только что отражались лучи закатного солнца, возникли картины убийств, которые в разные годы происходили по приказам Микиса. Вот взорвали автомобиль, в котором ехал на переговоры банкир и его любовница, вот пуля киллера, засевшего на крыше, пробила голову криминального авторитета, выходящего из ресторана, а вот сам Микис стрелял в затылок своему конкуренту, который стоял перед ним на коленях со связанными руками и так далее и тому подобное.

— На ваших руках шестнадцать литров крови, которые вытекли из ран ваших жертв, — убрав страшные картины со стекла, сообщил профессор. — Знаете, как это выглядит в реальности?

И прежде, чем Микис успел ответить, с его рук буквально потоками полилась кровь, заливая пол под ногами, но эти потоки не касались, начищенных до блеска туфель профессора, обтекая их стороной. Микис принялся размахивать руками, пытаясь избавиться от этого наваждения, но оно не кончалось, а кровь продолжала стекать по его рукам на пол. Наконец, всё это разом прекратилось, и все эти кровавые лужи моментально исчезли, точно так же, как несколько минут назад исчезли страшные картины многочисленных убийств на оконном стекле.