Гришка поднял свою рюмку и молча швырнул ее содержимое в глотку. Постояв, он сел чуть позже остальных.

В памяти крутился образ Витька, бесшабашного, разбитного парня, любившего словить кайф в жизни. Вспомнились неожиданно его слова: «Волдырь, а тебе страшно?»

«Вот ты и отбоялся свое, Чемоданище!» — Сердце ужалила неожиданная горечь.

Они сидели в своем кабаке в полном составе бригады.

— А ты знаешь, что теперь ты знаменитость? — как-то странно глянул на него Кабан, когда они с Григорием вышли покурить и заодно поболтать.

— Почему это? — Гришка сразу же насторожился.

— Да того ловкого паренька в желтой куртке дорожного рабочего, который уложил самого Квадрата, пол-Москвы ищет!

— Не боись, — внезапно появившийся Мирон хлопнул его по плечу. Гришка невольно вздрогнул и повернулся к бывшему сокамернику. Он не слышал, когда тот подошел к ним. — Послезавтра твои паспорт и виза готовы будут. Поживешь с полгодика в раю, на родине все про тебя и забудут. Ну а пару деньков посидишь пока у Кабана на даче. Там тебя никто искать не станет. Оттуда сразу в аэропорт — и гуд бай, Россия.

Гришка ничего не ответил, только крепко затянулся и выкинул наполовину выкуренную сигарету.

— Пойду накачу, — сказал он и затопал по лестнице.

Скрывшись из поля зрения оставшихся на пятачке перед туалетом Кабана и Мирона, он застыл на некоторое время, прислушиваясь. Его старания оказались не напрасными.

— Ты что, действительно ему сто штук обещанных отвалишь? — голос принадлежал Кабану.

— Не в бабках дело, — ответил негромко Мирон. — Братва за Квадрата крови захочет. И тут фуфелом не отделаешься. Надо будет сегодня с Волдырем решать.

Сердце стучало так, как никогда до этого в жизни. Стараясь не шуметь, он быстро поднялся по лестнице в зал. Ему сразу показалось, что все смотрят на него и только на него. Сказать, что он чувствовал себя паршиво, — так это вообще ничего не сказать.

«Успокоиться надо. Первым делом успокоиться, — стараясь унять нервную дрожь, говорил сам себе Парфен. — Думай. Выход должен быть! Так, — начал он, — во-первых, сотовый с собой, можно на крайний случай позвонить Тарасову. Да! Пойти в сортир и позвонить!»

И тут он нутром почувствовал, что чей-то взгляд буквально сверлит его спину.

Моченый.

Оглянувшись, он наткнулся на его прямой, холодный взгляд. Уголок губы старого пьяницы дернулся в подобии улыбки, глаза же колюче цеплялись за лицо парня.

«Не сомневайся. Я с тебя сегодня глаз не спущу!» — Четко выраженная суть этого взгляда направленным гипнотическим лучом проникала в мозг.

Моченый поднял рюмку, показывая, что пьет за него. Одним махом осушил ее, так ни на секунду и не спустив глаз со своего подопечного.