— Слышь, Волдырь, — наклонившись к самому уху Гришки, прошептал Мирон, — сейчас я тебе скажу телефон и фамилию, позвонишь…

Мирон замолчал, заметив, как капитан оторвался от своих бумаг и смотрит в их сторону.

— Семагин Аркадий Федорович, телефон…

Он опять прервался, выждав, пока капитан снова уткнется в бумаги, и торопливо прошептал номер.

— Повтори! — требовательно попросил он.

Гришка зашептал на ухо Мирону, повторяя слово в слово сказанное им.

— Хорош базарить! — вдруг осерчал капитан. — Ну-ка сядь туда!

Последнее касалось Парфена.

— Командир, зачем тебе все это? Может, договоримся?!

— Вот сейчас из МУРа за вами приедут, с ними и будете договариваться!

Ждать пришлось недолго. Вскоре появились сотрудники уголовного розыска и только коротко спросили:

— Всех троих?..

— Нет, ваши во-от эти двое! Этот — наш клиент!

Перед тем как сотрудники уголовного розыска увели Мирона и Моченого, глава группировки успел кинуть многозначительный взгляд на Парфена.

— Ну, а ты отправишься с нами.

К удивлению старшего лейтенанта Соколова, капитан снял наручники с задержанного, и тот покорно пошел за ним следом.

* * *

— Кто? — таким был первый вопрос, который задал Тарасов, когда они уселись в машину. За рулем сидел тот самый старший сержант, что в паре с сотрудником ФСБ брал Мирона и его штатного киллера. Григорий узнал и его — он был на даче, когда его вывозили из колонии на «следственный эксперимент».

— Семагин Аркадий Федорович.

— Мы так и предполагали! Телефон он тебе сказал?